О ХОЛОКОСТЕ ЕВРЕЕВ В МОЛДАВИИ


Бричева, Бессарабия, 1941 г. Евреи перед депортацией в Транснистрию.

ПЕПЕЛ ПРОШЛОГО СТУЧИТ В НАШИ СЕРДЦА

Ответы доктора хабилитат исторических наук профессора И. Э. Левита на вопросы журналиста М. Г. Лукьянчиковой о трагедии евреев Бессарабии, Буковины и Транснистрии в годы Второй мировой войны («Наш голос», № 6, март 1994 г., с незначательными сокращениями)

М. Л.: В Иерусалиме в Национальном институте памяти Катастрофы и героизма (Яд-Вашем) на мраморных плитах высечены названия мест наиболее массовых истреблений европейского еврейства. Среди них и Транснистрия — территория, которая, как сейчас известно, была усыпана концлагерями для евреев. Не могли бы Вы рассказать, как возникли эти лагеря и сколько их было?

И. Л.: Во-первых, следует отметить, что до войны официально не существовало административно-территориального образования под названием Транснистрия, нет такой административной единицы и сейчас. Оно появилось во время войны. 19 августа 1941 года, после обмена письмами между Гитлером и И. Антонеску, последний своим декретом образовал губернаторство Транснистрия.

Румынская администрация сохранялась до 18 марта 1944 года, когда был подписан протокол о передаче этой территории в ведение немецкого командования.

Решение об организации еврейских концентрационных лагерей в Транснистрин было принято 30 августа 1941 года и зафиксировано в статье 7 Соглашения об обеспечении безопасности администрации и экономической эксплуатации территорий между Днестром и Бугом (Транснистрия) и Бугом и Днепром, подписанного в этот лень генералами Хауффе и Тэтэряну. В Транснистрию предстояло выслать всех евреев Бессарабии и Буковины. 30 же августа в Бендерах И. Антонеску, собрав губернаторов Бессарабии (генерал Войкулеску), Буковины (генерал Колэтеску) и Транснистрин (профессор Алексяну), проинструктировал их, как следует проводить операцию по депортации евреев. Еще до принятия этого решения в соответствии с распоряжением И. Антонеску, отданным им 17 июля 1941 года во время посещения г. Бельцы, в Бессарабии в конце июля — начале августа стали создаваться временные лагеря для евреев, в Кишиневе организованно гетто. По данным румынской жандармерии, в м. Вертюжень было согнано 23000 евреев, м. Секурень — 20852, м. Единец — 13000, с. Бырново — 3000, с. Рубленица — 5500, с. Редю — 1600, м. Рышкань — 3072, ст. Реуцел — 3235, с. Лимбень — 2636, м. Фэлешть — 1546, с. Тарутино — 2270 и т. д. В Черновцах гетто было создано позже — 11 октября 1941 года.

Депортация евреев из указанных лагерей Кишиневского и Черновицкого гетто в Транснистрию была осуществлена в основном осенью 1941 г. К этому времени на положение узников были переведены и местные евреи. Приказом № 23 от 11 ноября губернатора Алексяну был определен юридический статус евреев Транснистрин, места их нахождения, покинуть которые они не имели права: нарушители подлежали уничтожению.

Транснистрия покрылась густой сетью концлагерей и гетто. Опубликовано несколько карт с обозначением мест их нахождения. В одной указаны 49 населенных пунктов наиболее крупных лагерей и мест массового уничтожения евреев («Наш голос» 1991, №11).

В книге Д. Литани «Транснистрия», изданной в Тель-Авиве в 1981 г., приводится карта с обозначением 105 лагерей в Транснистрин и 15 лагерей на левом берегу Буга, в немецкой зоне оккупации, где также гибли евреи из Бессарабии, Буковины и Транснистрии. В настоящее время на основе архивных документов и других источников удалось создать более полную карту лагерей и гетто в Транснистрин. В ней значатся 189 населенных пунктов, в которых на положении узников содержались евреи из МССР, ряда областей Украины, городов и уездов Румынии, в том числе в уездах Могилев — 67, Балта — 41, Тульчин — 21, Голта — 17, Березовка — 10, Жугастру (Ямполь) — 10, Очаков — 7, Рыбница — 6, Ананьев — 4, Тирасполь — 3, Одесса — 2, Дубэсарь — 1. В 1943 г. осталось около 120 мест нахождения евреев. Уменьшение их числа объяснялось гибелью узников.

М. Л.: Сколько, по Вашим сведениям, погибло евреев Бессарабии, Буковины и Транснистрии в годы фашистского господства? В литературе встречаются различные данные.

И. Л.: Вы правы, в литературе фигурируют различные цифры. Определить точно количество — сложно. Фашистские власти не занимались составлением списков узников лагерей и гетто, считая это излишним, так как евреи были отнесены к списанным нациям, их можно было убивать, не неся никакой ответственности.

После войны в результате работы чрезвычайных комиссий по расследованию фашистских злодеяний на территории СССР удалось на основе свидетельских показаний местных жителей, а также вскрытия захоронений получить в определенной мере сведения о масштабах геноцида и методах умерщвления людей. Конечно, эти данные неполные, так как не все могилы обнаружены и раскопаны, не во всех районах и селах эта работа проводилась, да и многие евреи были уничтожены в пути к лагерям, далеко от населенных пунктов.

Тем не менее на основе сопоставления различных данных, в том числе архивных, в общих чертах можно определить количество жертв геноцида в Бессарабии, Буковине и Транснистрии.

Когда началась война, военнообязанные евреи 1905-1923 гг. рождения, как и граждане других национальностей, были призваны в Красную Армию или зачислялись в строительно-фортификационные батальоны. Несколько десятков тысяч евреев Бессарабии, в основном из центральных и южных уездов, успели эвакуироваться на восток, и весьма незначительное число — из Северной Буковины, северных и припрутских районов МССР, так как уже 5 июля немецко-румынским войскам удалось занять Черновцы, 8 июля — Бельцы, 12 июля — Сороки. Абсолютное большинство евреев Бессарабии и Северной Буковины (не менее 200 тыс.) остались на месте.

В Транснистрии при ее оккупации оставалось 185 тыс. евреев, большая часть в Одессе. На заседании румынского правительства 16 декабря 1941 г. на вопрос И. Антонеску, сколько имеется евреев в городе, Алексяну ответил: «почти 100 тысяч». И это после уничтожения, по румынским данным, 35 тыс. одесских евреев в октябре — ноябре 1941 г. Были среди уничтоженных и бессарабские евреи, в основном южных уездов области, которые во второй половине июля устремились в Одессу, но оказались в блокаде, разделив участь местных евреев.

Можно выделить несколько этапов уничтожения евреев Бессарабии и Буковины. Первое массовое истребление имело место в 1941 г. в ходе военных действий на указанных территориях. Вступая в тот или иной населенный пункт, регулярные части, специальные оперативные группы СС — эйнзацгруппы и отряды румынской жандармерии — при содействии местных антисемитских элементов арестовывали и без суда и следствия убивали евреев, в том числе стариков, женщин и детей, включая грудных. Перед этим арестованных держали по несколько дней без пищи и воды в подвалах или тесных помещениях по 20-30 человек, подвергали пыткам и избиениям, молодых девушек и женщин — изнасилованию. Расправлялись с евреями по-разному: одних расстреливали, других — связывали и с обрывов сбрасывали в Прут или Днестр, третьих — сжигали в топках по обжигу извести, детей убивали на глазах родителей и наоборот. В целом ряде документов отмечается, что трупы расстрелянных не закапывались по несколько дней.

В силу вышеуказанных причин точно определить число евреев, уничтоженных на первом этапе, можно лишь приблизительно. Имеются архивные данные по отдельным населенным пунктам. Приводим некоторые: Черновцы — около 2000, с. Чудей — 450, Новая Сулица — 880, м. Скулень — 311, г.Бэлць — 70, Единец — 613, с.Пепень — 350, с.Климэуць — 540, м.Теленешть — 250, с.Чепелеуць — 189, м.Кэлэрашь — 130, м.Каменка — 334, с.Лэпушна — 70, с.Ниспорень — 135 и т. д.

Таким образом, уже с самого начала речь шла не о каких-то единичных случаях убийств евреев недисциплинированными солдатами и офицерами, а об организованном массовом их истреблении.
Второй этап геноцида — период пребывания евреев во временных лагерях и гетто на территории Бессарабии (август-сентябрь 1941 г.). Узников морили голодом, избивали, заставляли делать самые тяжелые работы. Из-за отсутствия элементарных жизненных условий, большой скученности, массовых заболеваний ежедневно умирали 20-30 человек. В Вертюженском лагере, согласно румынским данным, умерло от голода и болезней 1800 человек. Время от времени охранники лагеря выводили группы евреев и расстреливали. В Косэуцком лесу Сорокского района в одной из ям огромных размеров было обнаружено до 6000 трупов. Сотни евреев Кишиневского гетто, отобранных для выполнения каких-то работ, по их окончании были расстреляны на ст. Гидигич и на территории Кишиневского конзавода. В небольшом лагере в с.Тэтэрешть Измаильского уезда находился 451 узник. 9 августа все они были уничтожены по приказу начальника лагеря румынского майора Вету и немецкого лейтенанта СС Фрейлиха. Все ценности, отобранные у расстрелянных, палачи присвоили.

Очередным этапом уничтожения евреев Бессарабии и Буковины стала операция по депортации их в Транснистрию (октябрь-ноябрь 1941 г.). Осень выдалась холодная и дождливая. Колонны узников растягивались на многие километры. В соответствии с секретной инструкцией вдоль дорог движения колонн заранее были подготовлены большие ямы, в которых были захоронены расстрелянные отстающие от колонны больные, старики, женщины с детьми. Жандармские офицеры Рошка и Попович, которые, как и многие другие, осуществляли «эвакуацию» узников, расстреляли на трассе Единцы — Косэуць и Единцы—Секурень по 500-600 евреев каждый. Рошка писал в своей докладной записке, что в первой яме он закопал 50-60 человек, в остальных — по 120, причем многие были еще живыми. Даже этот натренированный жандарм признал, что «во время выполнения полученных приказов имели место такие драматические моменты, которые надолго запомнились их участникам».

18 ноября 1941 года губернатор Войкулеску доложил, что в Бессарабии «еврейская проблема решена», то есть она очищена от евреев. Через Днестр в Транснистрию было переправлено, по данным румынской администрации, 55867 евреев. Если в Кишиневском гетто, по данным тех же властей, находилось 11,5 тыс. узников, а в бессарабских лагерях 75-80 тыс., итого 86-91 тыс.человек, то, применяя простую арифметику, можно заключить, что за август-ноябрь погибло 30-35 тыс. бессарабских евреев. А сколько еще тысяч было уничтожено фашистами в июле 1941 года, в период военных действий на Буковине и в Бессарабии? Уверен, не менее 15-20 тысяч.

До конца ноября 1941 года из Северной Буковины было угнано в Транснистрию 45538 человек. Но здесь «еврейская проблема» еще не была решена. В Черновицком гетто находились тысячи евреев. Депортация продолжалась и в 1942 г. Стали выселять и евреев румынского уезда Дорохой. Согласно жандармским сведениям, на 28 февраля 1942 г. общее число «эвакуированных» из Бессарабии и Буковины евреев составляло 118500 человек. 14 марта губернатор Буковины генерал Колэтеску доложил, что из руководимой им провинции отправлены в лагеря Транснистрии 75 тысяч граждан еврейской национальности. Хорошо информированный официоз немецкого представительства в Румынии газета «Букарест тагеблатт» от 8 августа 1942 г. в статье «Румыния очищена от евреев» сообщала, что в Транснистрию «были отправлены примерно 185 тыс. евреев». До конца 1942 г. число депортированных достигло 190-200 тыс. человек…

Транснистрия стала могилой не только десятков тысяч евреев Бессарабии и Буковины, но еще в большей мере для евреев самой Транснистрии. Гитлеровские войска, эсэсовские эйнзацгруппы, созданные из местных немцев полицейские отряды расстреляли летом и осенью 1941 г. десятки тысяч евреев. В Дубоссарах в период с 12 по 28 сентября эсэсовцы под командованием фельдфебеля Келлера при содействии местных сообщников «у заранее вырытых ям… расстреляли, — как сказано в документе, — от 6 000 до 8 000 мирных советских граждан, среди них много женщин, детей, стариков». Мы уже говорили об уничтожении десятков тысяч евреев Одессы. Поводом для расправы был использован организованный местной советской подпольной организацией взрыв здания румынской комендатуры, под обломками которой нашли смерть румынский генерал и группа офицеров и солдат. Никаких доказательств причастности евреев к этой акции не было, да их и не стали искать.

Немецкие эсэсовцы, румынские жандармы и украинские полицейские расстреляли в с. Богдановна 48 тыс., в с. Доманевка — 14 тыс., в с. Акмачетка — 14 тыс., в с. Мостовое — 32 тыс. 600 евреев. В лагере смерти Печора нашли смерть около 18 тыс. человек. Полностью было уничтожено еврейское население в Рашкове, Шпикове, Ладыжине, Любашевке, Колыме, Ананьеве и др. В одном из отчетов, подписанном заместителем министра внутренних дел Румынии корпусным генералом К.Василиу, отмечается, что осенью 1943 г. в лагерях Транснистрии остались, по одним данным, 78 тыс., по другим — 50741 еврей из числа депортированных из Бессарабии, Северной Буковины и ряда уездов Румынии. Это означает, что за два года лагерной жизни погибло 120-140 тыс. евреев. Из евреев-жителей Транснистрии в живых осталось около 15 тыс. человек.

Таким образом, в Транснистрии в годы фашистского господства погибло более 300 тыс. евреев. А всего, с учетом уничтоженных летом и осенью 1941 г. на территории Бессарабии и Буковины, число евреев — жертв нацистского геноцида — составляло 330-350 тыс. человек.

М. Л.: Какие факторы, на Ваш взгляд, определяли политику И. Антонеску в «еврейском вопросе»? В литературе на этот счет встречаются различные точки зрения.

И. Л.: Это действительно так. Существует, например, мнение, что политика И. Антонеску в еврейском вопросе была чуть ли не навязана ему фашистской Германией, именно нажим гитлеровцев заставил его осуществлять истребление евреев. Несомненно, определенный нажим был, так как Гитлер искал союзников и в «окончательном решении еврейского вопроса». Но, как известно, нажим оказывала Германия и на других своих союзников, в частности на правителей Болгарии и Финляндии, на короля оккупированной ею Данни, тем не менее в этих странах евреи не подвергались геноциду. Даже Муссолини отверг требование германского фюрера отправить итальянских евреев на смерть. Если проследить эволюцию политики самого Антонеску в еврейском вопросе, можно заметить разные к ней подходы, продиктованные отнюдь не позицией Берлина, а собственными интересами. На мой взгляд, не стоит преувеличивать германский фактор.

Существовала и официальная румынская версия в оправдании политики геноцида по отношению к евреям. Румынский народ, мол, не может простить евреям, что в конце июня — начале июля 1940 г. они устроили радушную встречу Красной Армии и проявляли враждебность к отходящим из Бессарабии и Северной Буковины румынским войскам и гражданской администрации. Именно так мотивировал И. Антонеску свой отказ облегчить участь депортированных бессарабских и буковинских евреев на просьбу, с которой к нему обратился 19 августа и 11 октября 1941 г. председатель Федерации еврейских обществ и общин Румынии доктор Фильдерман. Действительно, евреи, и не только евреи, но также трудовые массы других национальностей, плохо осведомленные в подлинной сущности сталинского режима, поверив, как и многие в мире, большевистской пропаганде о «коммунистическом рае», устроили теплый прием Красной Армии, полагая, что советская власть решит все наболевшие в обществе социальные и политические проблемы. Евреи еще надеялись на то, что они избавятся навсегда от антисемитской травли, перестанут быть гражданами второго сорта, какими себя ощущали в прошлом.

Действительно, не обошлось без инцидентов. Были случаи, когда кое-кто из евреев, а также из местных жителей других национальностей в отместку за обиды, нанесенные им жандармами, полицейскими, чиновниками румынской администрации, сопровождали отходящие румынские войска оскорблениями, плевками, а не в меру ретивые элементы срывали погоны с офицеров. Но даже И. Антонеску в опубликованном упомянутом ответе доктору Фильдерману не привел ни одного конкретного примера о убийстве бессарабскими или буковинскими евреями румынского солдата или офицера. Между тем в начале июля 1940 г. в румынском городе Дорохой части 3-го пограничного и 8-го артиллерийского румынских полков расстреляли «в отместку» 50 евреев, в том числе 11 женщин, 34 мужчины (среди них 6 евреев — солдат румынской армии) и 5 детей; в селе Зэхэрешть Сучавского уезда майор Карп из 16-го пехотного полка расстрелял 34 еврея. Этот список можно продолжить. А ведь эти евреи, тем более дети, не причастны были к событиям в Бессарабии и Северной Буковине. Б понимание представителя Международного Красного креста Ш. Кольба, посетившего в декабре 1943 г. лагеря Трансннстрии, никак не укладывалось официальное объяснение причин депортации и уничтожения десятков тысяч евреев. Он писал в своем заключении о поездке (с чем был ознакомлен вице-премьер румынского правительства М. Антонеску), что ему — швейцарцу, воспитанному в духе соблюдения прав человека («ни одно показание без суда, ни один суд без закона»), непонятно, как можно наказывать и уничтожать целый народ, в том числе детей, за поступки группы людей. Кольб написал, что депортация евреев в Транснистрию — «черная страница истории страны».

Подлинные причины массового уничтожения евреев следует искать в стратегических планах диктатуры Антонеску, а идеологические предпосылки кровавой акции создавались десятилетиями. Особенно ухудшилось положение румынских евреев с приходом в сентябре 1940 г. к власти военно-легионерского правительства во главе с И. Антонеску. Принимается целый ряд антиеврейских законов. Антисемитизм становится официальной государственной политикой. Железногвардейские банды подвергали евреев избиениям и пыткам, убивали их без суда и следствия, производили обыски в еврейских домах, оскверняли синагоги, еврейские кладбища. Только во время легионерского путча 21-23 января 1941 г., возникшего на почве борьбы за единоличную власть между генералом И. Антонеску и главарем «Железной гвардии» Хорией Сима, в одном Бухаресте были убиты совершенно непричастные к этому соперничеству двух фашистских группировок 120 евреев, подожжены, разрушены и ограблены 25 молитвенных домов и синагог, 616 еврейских магазинов, 547 жилых домов.

Подавление путча и изгнание министров-легионеров из правительства не облегчило положения евреев. 5 апреля на заседании кабинета министров при обсуждении еврейского вопроса И. Антонеску заявил: «Пущу в ход толпу, чтобы устроить им резню. Я запрусь в своей крепости, а после того как она (толпа — И. -Л.) истребит их, вновь наведу порядок».

За несколько дней до начала войны были проведены совещания с начальниками жандармских секций и легионов, которым предстояло по мере продвижения регулярных частей наводить порядок в Бессарабии и Северной Буковине. Им вменялось в обязанность «очищение местности» от евреев «независимо от возраста и пола». Некоторые открыто говорили: «Еврей должен быть расстрелян», это является «патриотическим долгом» и осуществляется «по мотивам расовой ненависти».

Таким образом, еще до начала войны с СССР судьба евреев была предрешена. Уверовав в непобедимость вермахта, в победу Германии в мировой войне и установление безраздельного господства на Европейском континенте, И. Антонеску, будучи еще на заре своей политической карьеры настроен шовинистически и являясь приверженцем силовых методов в достижении своих целей, с легкой душой присоединился к гитлеровским планам «окончательного решения еврейского вопроса».

Примкнуть к этой политике побуждали И. Антонеску и его единомышленников, в первую очередь, конечно, не мотивы антисемитизма, а вынашиваемые планы этнического очищения Румынии от иноплеменного населения, прежде всего Бессарабии, Буковины, а затем и Транснистрии в целях румынизации и колонизации этих территорий. Евреи, как наиболее незащищенное население в гитлеровской Европе, должны были положить начало этому вопросу. 10-й раздел «Директив и указаний для гражданских инспекторов и преторов, направляемых в Бессарабию и Буковину», составленных вице-премьером М. Антонеску, назывался «Этническое очищение». В нем читаем: «Если для завершения этнического очищения будет необходимо, то администрация провинции прибегнет к мерам насильственной миграции еврейского элемента, а также других инородных элементов, которых следует вытолкнуть за границу, им нечего делать в Бессарабии и Буковине в момент реставрации навсегда наших национальных прав на эти территории».

На заседании правительства 8 июля 1941 г. генерал Антонеску определил методы осуществления этнической чистки: «Я прошу вас быть беспощадными. Пустому слащавому гуманизму не должно быть здесь места. Рискуя остаться непонятым некоторыми традиционалистами, которые могут находиться среди вас, я выступаю за насильственное выселение евреев из Бессарабии и Буковины. Они должны быть выброшены за границу. Я также выступаю за насильственное выдворение украинского элемента, которому теперь нечего здесь искать… Не знаю когда, через сколько веков румынская нация снова обретет столь же полную свободу действий для своего этнического очищения. Сегодня мы являемся хозяевами своей территории. Воспользуемся этим. Мне безразлично, войдем ли мы в историю как варвары… Не было в истории более подходящего для нас момента. Если есть надобность, стреляйте из пулемета… Полная свобода. Я беру на себя всю ответственность и еще раз заявляю: закона не существует».

О практическом выполнении этих распоряжений и указаний мы уже говорили. Пока гитлеровские войска добивались крупных успехов на фронтах войны, И. Антонеску лично проверял, как претворялись его приказы относительно евреев и требовал беспощадно относиться к ним. Приведу две выдержки из стенограмм заседаний румынского правительства с участием губернаторов Бессарабии, Буковины и Транснистрии, на которых был затронут вопрос о евреях Одессы. 13 ноября 1941 г., обращаясь к Алексяну, И. Антонеску спросил: «Репрессированные меры были довольно суровыми?» «Были, господин маршал», — ответил губернатор. И. Антонеску: «Что, по-вашему, означает «очень суровыми»?… Я приказал расстрелять 200 евреев за каждого убитого и по 100 за каждого раненого (румынского солдата — И.Л.), так было сделано?» — Алексяну: «Были и расстреляны и повешены на улицах Одессы». И. Антонеску: «Поступайте так, ибо я отвечаю перед страной и историей. Пусть американские евреи привлекут меня к ответственности».

16 декабря 1941 г. И. Антонеску потребовал от Алексяну очистить Одессу от евреев. «Втолкни их в катакомбы, топи их в Черном море, высели их из Одессы. Ничего знать не хочу. Пусть умирают 100, 1000, пусть все погибнут».

Но времена менялись, громкие победы стали чередоваться поражениями. Наступление на Москву закончилось провалом, под ударами Красной Армии гитлеровским войскам пришлось отступить. В декабре 1941 г. США вступили в войну, а 1 января 1942 г. 26 государств подписали Декларацию Объединенных наций. Образовалась антигитлеровская коалиция. Румыния, связанная договором о взаимопомощи с Германией, Италией и Японией, оказалась помимо своей воли втянутой в войну с Англией и США. Прежняя уверенность в победе Германии поколебалась. В Бухаресте знали, что в США, Англии и других странах Запада политика геноцида по отношению к евреям осуждается. 13 марта 1942 г. И. Антонеску вдруг заговорил о том, что румынская нация не должна запятнать себя убийствами беззащитных людей. Он вспомнил, что в 1919 году из-за генерала Давидоглу, который из-за одного убитого румынского солдата сжег 7 бессарабских сел, Румынии на Парижской мирной конференции чуть не отказали в присоединении Бессарабии. Пришлось пойти на кое-какие уступки в еврейском вопросе, в частности разрешить узникам Транснистрии в небольших размерах материальную помощь со стороны «Джойнта», «Еврейского центра Румынии» и др.

Но отрезвление продолжалось недолго. Когда летом 1942 г. вермахт возобновил наступление на советско-германском фронте и вновь появились надежды на победу, в Берлине и Бухаресте оживились дискуссии относительно «окончательного решения еврейского вопроса» не только в Румынии, но и в европейском масштабе.

Наступил Сталинград, войскам Германии и ее союзников были нанесены сокрушительные удары и в Северной Африке, поражение гитлеровской коалиции становилось все очевиднее. Советские войска после Курской битве стали стремительно продвигаться на Запад.

В создавшейся обстановке пришлось искать пути налаживания отношений с западными союзниками, в том числе смягчить политику в отношении к евреям. Прекратились депортации евреев из Румынии в Транснистрию, массовые расстрелы. Пришлось согласиться на посещение лагерей различными делегациями, было разрешено оставшимся в живых узникам из Румынии вернуться домой, а также на вывоз из Транснистрии тысячи детей-сирот. Чтобы как-то избежать полного финансового краха, велись переговоры об отправке из Румынии в Палестину 70-80 тыс. евреев, естественно, за солидную «компенсацию» (200 тыс. леев за одного еврея). Это, конечно, не даст основания обелить диктатуру Антонсску. Прав раввин Юлиус Фишер, автор изданной в США книги «Транснистрия. Забытое кладбище», который писал, что хотя главная вина за Катастрофу ложится на гитлеровскую Германию, режим Антонеску, уничтожив сотни тысяч евреев Бессарабии, Буковины и Транснистрии, стал «соучастником самого отвратительного преступления в истории».

Далеко не все в Румынии одобряли меры Антонеску по отношению к евреям. Американский посланник в Румынии Ф. Гюнтер, который (до разрыва отношений) регулярно информировал Вашингтон о действиях румынского правительства в еврейском вопросе, отмечал, что «часть румын совсем не одобряет методы, применяемые время от времени к евреям, жестокость и несправедливость». Посланник Франции в Бухаресте Жак Трие в своем докладе «Преследование евреев в Румынии», отправленном 10 ноября 1941 г. своему правительству, отмечает, что «румыны, сохранившие способность свободно мыслить и дальновидность (а таких было немало), считают обвинения, сформулированные маршалом Антонеску в адрес евреев (речь идет об упомянутом ответе его Фильдерману — И. Л.), совершенно необоснованными, тем более, что в инцидентах с румынскими войсками (при отходе из Бессарабии и Северной Буковины в конце июня 1940 г. — И. Л.) участвовали не только евреи, но и люди других национальностей».

М. Л.: Вы говорили о людских потерях евреев. Можно ли подсчитать материальный ущерб, понесенный евреями Бессарабии, Северной Буковины и Транснистрии?

И. Л.: Евреи лишились своего движимого и недвижимого имущества. Все недвижимое имущество евреев Бессарабии и Северной Буковины было объявлено собственностью румынского государства и передано ведомству румынизации и колонизации. Согласно официальным румынским данным, в Бессарабии у евреев было конфисковано 37765 зданий (в том числе 25847 жилых), на Буковине — 22155, промышленных предприятий — соответственно 626 и 492, тысячи магазинов, мастерских, складов, принадлежавших до 28 июня 1940 г. евреям.

Что касается другого имущества, то оно вообще не поддается учету. У евреев было отнято все — мебель, домашняя утварь, одежда, ее сдирали даже с мертвых, не говоря уже о драгоценностях, деньгах и т.д.

М. Л.: И наконец, последний вопрос: как относилось местное население к узникам-евреям?

И. Л.: Фашистские власти строго карали, вплоть до расстрела, за помощь, оказываемую евреям. Естественно, многие боялись и старались стоять в стороне, занимая своеобразный «нейтралитет». Мы уже говорили о том, что пособники из местного населения — бывшие железногвардейцы, кузисты, украинские националисты, полицейские из немецких колоний в Транснистрии — помогали и участвовали в уничтожении евреев. Были среди них и деклассированные элементы, которые во время депортации евреев поджидали колонны на дорогах и в ночное время, а то и днем, ради наживы убивали и грабили евреев. Но очень многие — русские, украинцы, молдаване и другие, рискуя своей жизнью и своих родных, помогали евреям гетто и лагерей: передавали им пищу, одежду, прятали их, особенно детей, в подвалах и на чердаках от преследователей.

Тысячи евреев выжили благодаря этой помощи и каждый из них помнит своих спасителей. В институте Яд-Вашем есть аллея Праведников мира, где на таблицах высечены имена наиболее известных спасителей евреев в годы фашистского господства.

Anunțuri

Lasă un răspuns

Completează mai jos detaliile tale sau dă clic pe un icon pentru a te autentifica:

Logo WordPress.com

Comentezi folosind contul tău WordPress.com. Dezautentificare / Schimbă )

Poză Twitter

Comentezi folosind contul tău Twitter. Dezautentificare / Schimbă )

Fotografie Facebook

Comentezi folosind contul tău Facebook. Dezautentificare / Schimbă )

Fotografie Google+

Comentezi folosind contul tău Google+. Dezautentificare / Schimbă )

Conectare la %s