АНТОНЕСКУ VS СТАЛИН. БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ НА ЮЖНОМ ФРОНТЕ ЛЕТОМ-ОСЕНЬЮ 1941 ГОДА. БИТВА ЗА ОДЕССУ

%d0%b1%d0%be%d0%b5%d0%b2%d1%8b%d0%b5-%d0%b4%d0%b5%d0%b9%d1%81%d1%82%d0%b2%d0%b8%d1%8f-%d1%8e%d0%b6%d0%bd%d0%be%d0%b3%d0%be-%d1%84%d1%80%d0%be%d0%bd%d1%82%d0%b0-%d1%81-%d0%b8%d1%8e%d0%bd%d1%8f-%d0%bf
На фотографии: Боевые действия Южного Фронта с июня по август 1941 года.

В 2011 г. исполняется 70 лет битве за Одессу, одной из ярких страниц в истории Второй мировой войны. Было бы неправильным рассматривать оборонительные бои за Одессу в отрыве от развития событий и общей обстановки на крайнем южном фланге советско-германского фронта. Битва за Одессу началась не в октябре 1941 г., а 22 июня, в день начала войны. Ход боевых действий войск Южного фронта в период с 22 июня по август 1941-го во многом и предопределил дальнейшее развитие событий, в том числе и оборону Одессы, важнейшего стратегического центра южного направления после Киева и Севастополя.

Бои за Одессу примечательны также и тем, что это был один из тех редких, а по сути уникальных случаев, когда германское командование полностью доверило проведение самостоятельной армейской операции одному из своих союзников – Румынии. От успеха или неуспеха этого смелого со стороны Гитлера эксперимента зависел характер дальнейшего использования союзных сил в тотальной борьбе против стран антигитлеровской коалиции. Битва за Одессу, таким образом, превратилась в борьбу Антонеску против Сталина за унижение испытанное его страной в июне 1940 г.

Согласно плану «Барбаросса», главный удар в полосе наступления группы армий «Юг» наносился в направлении Львова, Киева, Ростова-на-Дону. Удар имел целью окружить и уничтожить в образовавшемся громадном мешке войска Югозападного и Южного фронтов. Силы, сосредоточенные в Румынии и представленные 11-й немецкой, 3- и 4-й румынскими армиями, имели целью: на первом этапе – вести оборонительные бои против советских войск вдоль румыно-советской границы; на втором этапе – силами 11-й немецкой Армии с преданной ей 3-й румынской Армией развивать наступление на Бельцко-Могилевском направлении и в дальнейшем на Жмеринку.

Данное решение принятое германскими военными под прямым давлением Гитлера имело самые печальные последствия для дальнейшего хода событий на южном крыле советско-германского противостояния в целом и для боев за Одессу в частности. Удар 11-й Армии по рассечению образовавшегося мешка ставился в зависимость от успеха 6-й немецкой Армии и 1-й танковой группы на Киевском направлении. Более того, этот удар приходился не под основание мешка, а у его горловины, что создавало условия для вывода советских войск из под удара и сохранение их для дальнейшей борьбы. Что касается 4-й румынской Армии, то она имела задачу лишь преследовать отходящие советские войска.

План генерала Гальдера, предусматривавший проведение частной наступательной операции силами 11-й Армии на этом участке фронта одновременно с нанесением главного удара на Киевском направлении был отвергнут фюрером [1]. Несомненно, что реализация плана Гальдера поставило бы Одессу в безвыходное положение, как впрочем, и весь южный фланг фронта.

На рассвете 22 июня 1941 г. друг другу противостояли войска 9- и 18-й советских армий, насчитывавшие в своих рядах 22 дивизии из которых 2 кавалерийские, 7 танковых и 2 механизированные и 11-й немецкой, 3-й и 4-й румынских армий, состоящих из 20 пехотных дивизий и 9 бригад [2].

Немецко-румынские войска располагались в следующем порядке: 4-я смешанная горная бригада (СГБр) (командир – бригадный генерал Георгий Манолиу) в районе н.п. Извор, долина реки Кырлибаба. На правом фланге 4-й СГБр, в районе сел Бродина де Жос, Марджина занимала позиции 1-я СГБр генерала Михаила Ласкэра. Еще правее, в районе западнее села Воловец (высота 503) располагалась 7 румынская пехотная дивизия бригадного генерала Олимпия Ставрата. В оперативном подчинении дивизии находилась 8-я кавалерийская бригада полковника Иона Дэнеску, которая располагалась в районе Фрэтэуць, Сирет, Михэйлень. Во втором эшелоне, в районе города Кымпулунг Молдовенеск занимали позиции части 2-й смешанной горнострелковой бригады бригадного генерала Димитраки Иоанна и в районе города Ботошаны части 239-й пехотной дивизии Германии [3].

Так же в Буковине, в зоне ответственности 11-й немецкой Армии генерал-полковника фон Шоберта, непосредственно на границе, заняли оборонительные позиции части 5-й кавалерийской бригады полковника Василе Мэинеску между рекой Сирет и населенным пунктом Пажура [4]. На севере Молдавии, в оперативном подчинении 11-го армейского корпуса (АК) Германии располагалась 6 румынская пехотная дивизия бригадного генерала Ромулус Иоанновича, имея на своем правом фланге от Мовила Руптэ до Санта-Мария 8-ю румынскую пехотную дивизию бригадного генерала Александра Орэшану, поддерживаемые 76-й немецкой пехотной дивизией.

Далее, вдоль Прута, от Санта-Мария до Пробота была зона ответственности 6-й кавалерийской бригады бригадного генерала Аурела Раковицэ, которая имела в тылу, в районе города Хырлэу 22-ю немецкую пехотную дивизию. Южнее, между населенными пунктами Пробота и Комарна занимала участок обороны 14-я пехотная дивизия под командованием бригадного генерала Георгия Ставреску, имея во втором эшелоне, в районе Ясс 198-ю германскую пехотную дивизию.

Южнее Комарна, в Центральной и Южной Бессарабии располагалась 4-я румынская армия корпусного генерала Николая Чуперкэ. С левого на правый фланг войска располагались в следующем порядке: отряд «Корня» из состава 35-й пехотной румынской дивизии, 15-я пехотная дивизия генерала Марина Попеску и 1-я гвардейская дивизия генерала Николая Шова на участке Мокань, Рынзешть, Кырка. Эти части поддерживались из глубины основными силами 35-й пехотной дивизии Румынии и 50-й дивизии вермахта, расположенной в районе Бырлада. Далее к югу, в районе между населенными пунктами Вэдень и Фолтешть приготовилась к ведению боевых действий 21-я пехотная дивизия бригадного генерала Кристаки Попеску [5]. В продолжение этих позиций, между озером Ковурлуй и устьем реки Сирет при впадении ее в реку Прут располагалась 1-я пограничная дивизия бригадного генерала Георгия Потопяну, имея во втором эшелоне 1- и 2-ю крепостные бригады в районе Брэила, Фокшаны, Пэунешты.

На самом крайнем юге советско-германского фронта, в дельте Дуная занял оборону 2-й АК корпусного генерала Николая Мачичь, состоящий из 9-, 10-й пехотных дивизий, 7-й кавалерийской бригады и 23-й смешанной бригады. Кроме того, генерал И. Антонеску располагал 1-й танковой дивизией. Всего две румынские и одна германская армии насчитывали в своих рядах 18 дивизий (из них одна танковая), 6 кавалерийских, 3 горнострелковых, 2 крепостные бригады, 2 морских отряда и ряд других частей и подразделений. В среднем на одну дивизию приходился участок обороны шириной в 35-40 км, что превышало в несколько раз уставные показатели, так как союзники в принципе и не собирались отсиживаться в обороне, а имели в виду вести активные наступательные действия, направленные против Красной Армии.

Со своей стороны, Красная Армия располагала здесь, в рамках формируемого Южного фронта двумя армейскими командованиями (18- и 9-й армий) в следующем составе.

18-я Армия сосредотачивалась на рубежах: 17 стрелковый корпус (СК): 96-я горно-стрелковая дивизия (гсд) – Селетин, Обер, Петрец; 60-я гсд – Корчешты, Лунка; 164-я стрелковая дивизия (сд) – Тарасуцы, Перерита. Штаб корпуса – Черновцы.

16-й механизированный корпус (МК) сосредотачивался в районе Коцман.

55-й СК в взаимодействии с Каменец-Подольским и Могилев-Подольским Укрепрайонами занимал подивизионно оборону в районе: 169-я сд – рубеж Врублевце, искл. Липканы; 130-я сд – Липканы, Грушка; 189-я сд – в районе Маков. Штаб корпуса располагался в Дунаевцах [6].

Накануне войны войска 9-й Армии располагались в следующем порядке:

35-й СК: 176-я сд – рубеж Тецкань, Костешты; 95-я сд – рубеж Унгены, Немцены [7];

2-й кавалерийский корпус (КК) – рубеж Леово, Флэмында.

14-й СК: 25-я сд – Рошу, Ваду луй Исаак, Джурджулешты, Рени; 51-я сд – Новая Некрасовка, Измаил, Килия, Жебрияны.

2-й МК был сосредоточен подивизионно в районе: 15-я мсд – Липканы, Ближний Хутор, Скулея; 16-я тд в городе Котовск-Украинском; 11-я тд северо-восточнее Кишинева [8].

48-й СК располагался во втором эшелоне в районе станции Реуцел.

18-й МК в районе Аккерман – Сарата – Березино – Тарутино [9].

Всего же, к 22 июня 1941 г. противоборствующие стороны в количественном отношении располагали следующими силами: немецко-румынские войска насчитывали в своих рядах около 500 тыс. человек, учитывая и одну немецкую дивизию (72-я пд), которая располагалась в районе Плоешт, из которых 380 356 человек составляли румынские войска [10].

Советские войска, по разным данным, насчитывали от 325 700 человек [11] до 364 700 человек [12]. Соотношение сил по личному составу составляло 1:1,5 в пользу союзников. Следует, однако, отметить, что в ходе развертывания мобилизации это соотношение менялось в сторону увеличения для советской стороны и в сторону уменьшения для немецко-румынской группировки войск по ходу увеличения числа потерь.

К 6 июля 1941 г. Мобилизационные мероприятия завершились и Красная Армия достигнула паритета по живой силе с румыно-немецкими войсками.

Совершенно иной была ситуация с танками и авиацией, где советские войска обладали подавляющим превосходством над противником. К началу войны войска Одесского военного округа располагали 962 самолетами, из которых 164 были неисправны и 224 самолета новых модификаций, таких как Пе-2 и МиГ-3 [13]. Им противостояла в основном авиация Румынии, самолетный парк которой состоял из 1061 самолета, из которых 440 были учебными.

Непосредственно против войск Южного фронта на Бессарабском направлении действовала боевая авиационная группировка, состоящая из 253 самолета, из которых лишь 205 находились в рабочем состоянии [14]. Говоря о соотношении сил, следует учитывать и факт привлечения в случае острой необходимости сил 4-го германского Воздушного флота, однако следует все же признать, что соотношение сил в авиации было 4:1 в пользу советских войск.

Еще более подавляющим было соотношение сил по танкам. Так во 2-м МК насчитывалось 527 танка, в 18-м МК – 282 танка [15], в 16-м МК – 608 танков, из которых 30% неисправных [16], итого 1717 боевых машин, из которых КВ – 101, Т34 – 359 [17]. Противник располагал здесь одной румынской танковой дивизией 2-х полкового состава и танковыми подразделениями в составе кавалерийских бригад. Всего в танковых войсках королевской Румынии состояло 126 танков R-2 (Skoda LT-35), 75 танков R-35 (Renault) и 35 легких танков, а фактически танкеток R-1 (CKD AH-IV) [18], т.е. всего 236 единиц техники, что составляло соотношение сил 6:1 в пользу советских войск. Немаловажным фактором было господство Черноморского флота на Черном море. Все это позволяло командованию Южного фронта маневрировать силами и средствами для успешного отражения наступательных действий противника, которые начались ночью 22 июня 1941 г.

Благодаря интуиции, профессиональной подготовке штабов и, не в последнюю очередь, личному мужеству командования Одесского военного округа и лично командующего генерал-полковника Якова Черевиченко и начальника штаба округа генерал-майора Матвея Захарова, к 20 июня 1941 г. было сформировано полевое управление 9-й Армии, которое перебазировалось в Тирасполь. Более того, по приказу начальника штаба округа генерал-майора М.Захарова, отданного около 23 часов 21 июня 1941 г. части округа были подняты по боевой тревоге и заняли свои районы обороны [19]. Несмотря на то, что на данном участке фронта немецкое командование придерживалось оборонительной линии поведения, это не означало отсутствия боевых действий. С первых же минут войны ожесточенные бои развернулись за создание плацдармов на левом берегу Прута для последующего перехода в решительное наступление на Бессарабском направлении и реализации целей заложенных в план «Мюнхен».

Боевые действия в Северной Буковине и Северной Молдавии, в полосе действия 18-й советской Армии в период с 22 июня по 3 июля 1941 г. характеризовались крайним упорством противоборствующих сторон. Целью немецко-румынского командования в рассматриваемый период была подготовка условий для последующего наступления на Черновцы, Хотин, Могилев-Подольск для охвата правого фланга 9-й Армии и дальнейшего наступления главных сил 11-й немецкой и 3-й румынской армий. В данный период Горный корпус королевской Румынии потеснил войска 96- и 60-й советских горнострелковых дивизий. Об ожесточенности боев говорит и тот факт, что потери лишь одной 4-й смешанной горной бригады Румынии за период 22-29 июня составили 30 человек убитыми и 56 ранеными [20]. В результате недельных боев немецко-румынские войска в Буковине смогли лишь вклиниться на советскую территорию на расстояние до 10-12 км [21], т.е. лишь частично пройти передовую оборонительную зону, так и не достигнув здесь основных оборонительных позиций 18-й Армии.

Не менее интенсивными были бои и на территории Молдавии. В результате упорных оборонительных боев советским войскам удалось удержать линию фронта по государственной границе, проходящей по Пруту, за исключением Кэлинешт и Скулян, где румыно-немецкие войска зацепились за восточный берег реки, организовав прочную оборону этих двух стратегически важных плацдармов.

Еще более ожесточенный характер приобрели бои в дельте Дуная. Уникальность ситуации в начальный период войны заключалась в том, что это был единственный участок обширного советско-германского фронта, где советские войска не только небыли разбиты, окружены и пленены, не только удержали линию госграницы, но в результате настойчивых контратак смогли переломить ситуацию взяв инициативу в на этом узком участке фронта свои руки, перенеся боевые действия на вражескую территорию.

Согласно замыслу командования 4-й румынской Армии отвечавшей за данное направление, с началом войны 2-й АК должен был форсировать Дунай у Измаила и Килии и развивать наступление в направлении на Белгород-Днестровск [22], угрожая тем самым непосредственно Одессе. Бои здесь сразу же приобрели ожесточенный характер. Отдавая отчет в стратегической важности удержания в своих руках линии Дуная, в особенности для безопасности Одессы, командир 14-го АК генерал-майор Д.Егоров разработал совместно с командованием Дунайской флотилии план десантной операции по захвату и удержания в своих руках правого берега Дуная от Измаила до устья. План предусматривал выброс на южный берег Дуная разновременных десантов с последующим их соединением в один широкий плацдарм, контролирующий оба берега Дуная. 23 июня был высажен десант и захвачены села Ласкар Катаржиу, Потапов, Чяталкиой, образовав плацдарм напротив Измаила. Развивая достигнутый успех, в этот же день, в 23.30 был высажен десант в населенном пункте Парадина, который был очищен от противника.

26 июня силами 23-го пп 25-й сд был осуществлен десант и захват населенного пункта Старая Килия. В результате боя 15-й батальон морской пехоты румын потерял 468 человек убитыми, из которых 11 офицеров, в руки советских войск попало 13 орудий, 2 миномета, 495 винтовок, 104 револьвера, 12 пулеметов, 36 автоматов «ZB» и другое вооружение [23]. Серия десантов в глубине вражеской территории изменило обстановку на этом участке фронта в пользы СССР, так как оба берега Дуная, от устья реки Рапиды до Периправы находились в руках советских войск [24]. Проведение данных операций явились случаем уникальным в начальный период войны, так как это был именно тот случай, когда Красная Армия не только не отступала под ударами противника, а переносила боевые действия на вражескую территорию.

2 июля немецко-румынское командование приступило к фактической реализации плана «Мюнхен». К 3 июля были значительно расширены ранее существующие и образовано ряд новых плацдармов на левом берегу Прута глубиной до 20 км в районе Унген и Скулян и до 16 км в районе Штефанешт. Явно вырисовывался замысел немецкого командования о нанесении двойного главного удара на Бельцком направлении в сторону Могилева силами 11- и 30-го германских армейских корпусов с приданными румынскими частями.

Советское командование верно оценило направление главного удара, но из-за слабо поставленной фронтовой разведки, явно переоценило силы противника, предполагая у противника 9-10 дивизий, из которых 5-6 танковых. Реально же противник располагал 5-ю дивизиями и 5-ю бригадами. Советское командование спланировало контрудар силами 2-го МК и 176-й сд [25] в юго-западном направлении на Вэратик, с целью ликвидации Скулянской группировки противника.

Спланированный в спешке, контрудар не мог в принципе изменить ход событий, так как имел фронтальный характер и наносился практически в лоб наступающему противнику, который к тому же, обладал инициативой ведения боевых действий, что практически вылилось во встречное сражение, в ходе которого наступательный потенциал советских войск был исчерпан. Несмотря на это, в результате боя 4 июля советские механизированные и танковые части несколько потеснили 22-ю немецкую пехотную дивизию генерала Флейтхольца у Брэтушен. Лишь ввод в бой 1-й румынской танковой дивизии генерала Иона Сиона изменило ситуацию в пользу союзников [26], вынудив советские войска осадить назад, отойдя к 9 июля к Днестру. Обладая превосходством над противником в области маневренности и огневой мощи (2-й МК, 2-й КК) рациональней было бы нанести фланговый удар под основание образовавшегося выступа, где располагались румынские кавалерийские части (левее 11-го АК немцев), что позволило бы нанести более значительный урон, если и не уничтожить 22-ю пд немцев. В данной ситуации не на высоте положения оказалось и командование Южного фронта, которое автоматически утвердило решение командования 9-й Армии без перенацеливания направления контрудара во фланг.

После неудачной контратаки 4 июля, командование 9-й Армии учтя допущенные промахи и ошибки спланировало нанесение флангового удара силами 9-й кд на направлении Темелеуцы – Унгены, отсекая правый фланг противника и угрожая тылам 30-го АК немцев, а 5-ю кд пустить по тылам Бельцкой группировки противника [27], т.е. по расходящимся направлениям. И в данном случае командование фронта не вмешалось в ход принятия решений командованием 9-й Армии, допустив нанесение вместо одного сильного двух слабых ударов.

К моменту начала операции (9 июля) 30-й немецкий АК генерала фон Салмута, включающий в себя 5 дивизий (170- и 198-ю немецкие, 8-, 13-, 14-ю румынские), наступая в направлении Фундурь – Мэрэндены – Бельцы вышли на линию: севернее Гренэуцы, 9 км восточнее Пеления, 2-4 км западнее р. Куболта [28].

К осуществлению плана советское командование приступило 9 июля рейдом 5-й кд вдоль шоссе Оргеев-Бельцы, овладев с. Копачены [29]. Однако дальнейшее продвижение захлебнулось, в чем сказалось распыление сил и отсутствие 9-й кд, которая могла бы усилить силу наступательного удара 2-го кавкорпуса генерала Белова. Несмотря на то, что командование армии, осознав все преимущества концентрированного удара, перенацелило 9-ю кд с Унген на север – в поддержку 5-й кд, решение это, принятое в полдень 9 июля, оказалось запоздалым и не могло повлиять на ход боевых действий на Бельцком направлении. Советские войска с арьергардными боями были вынуждены медленно отходить к Днестру. Справедливости ради надо сказать, что на решения командования фронта в значительной мере влияла ситуация на Юго-западном направлении в целом, где Группа армий «Юг» 8 июля захватила Бердичевск, а 9 июля – Житомир.

Прорыв немецких войск на Киевском и немецко-румынских войск на Могилев-Подольском направлениях ставили под удар Киев. Отступление армий левого крыла Юго-западного фронта ставили в свою очередь под угрозу войска Южного фронта, которые могли оказаться в глубоком тылу немецких войск [30]. В создавшихся условиях принципиально важным было сохранение Кишинева и юга Бессарабии с целью дальнейшего удержания Одессы.

Бои под Кишиневом носили ожесточенный характер. Советские войска провели здесь ряд контратак, задержав противника на неделю, до 16 июля. Наиболее удачной была контратака проведенная силами 95-й сд под командованием генерал-майора А.Пастревича в районе Миклаушен 8 июля 1941 г. Большую роль в удачном исходе боя сыграл факт перевода красноармейцев-бессарабцев призванных по мобилизации в дивизию в другие части 35-го стрелкового корпуса, так как последние не охотно рвались в бой, внося в ряды сражающихся «…неорганизованность, панику и в отдельных случаях прямую измену» [31]. В 17.00 90-й сп 95-й сд майора А.Планидина, насчитывающий в своих трех батальонах около 320 человек, в результате короткого огневого боя разгромил 67-й пехотный и 63-й артиллерийские полки 35-й румынской пехотной дивизии, очистив от противника села Миклаушены и Долна.

10 июля перешел в наступление 161-й сп подполковника С.Сереброва, отбив у противника населенный пункт Лапушна разгромив 25-й пехотный полк румын, захватив 4 орудия, 34 винтовки, 2 станковых пулемета [32], а 241-й сп наступал в направлении Унген. Разгром и отход 35-й румынской пехотной дивизии, которая потеряла 177 человек убитыми, 309 пропавшими без вести и 2295 ранеными привело к тому, что лишь с приданием ей в подмогу 72-й пехотной немецкой дивизии, 15 июля румыно-германские войска возобновили наступление на этом участке, овладев 16 июля Кишиневом. Что касается 35-й пд, то она 17 августа 1941 г. была расформирована [33].

Частные, тактические успехи на отдельных участках не могли радикально изменить ход боевых действий, тем более повлиять на исход сражения в целом. В связи с событиями на Киевском направлении 2-й МК был в срочном порядке переброшен из Бессарабии в район Умани, а 2-й КК выведен в резерв и отведен на восточный берег Днестра, что предопределило отход всей 9-й Армии за Днестр 21 июля 1941 г. Ожесточенные бои на правом фланге 11-й германской Армии в Буджакских степях беспокоило германское верховное командование, которое опасалось за безопасность нефтеносных районов Румынии [34].

18 июля 1941 г. когда еще шли ожесточенные бои за Бессарабию, германское командование по личному указанию Гитлера приступило к планированию операции по овладению Одессой, которая считалась ключом от Крыма и Черного моря в целом [35]. Осознавая всю важность Одессы, Директивой Южного фронта от 7 июля 1941 г. советское командование организовало Приморскую группу войск в составе 25-й, 51-й и 150-й сд, имевшей своей целью прочно прикрыть данное направление [36].

Принятые почти одновременно решения выдают озабоченность противоборствующих сторон в судьбе Одессы. Первоначально, германское командование, под воздействием июльских боев в Бессарабии, слишком оптимистически оценивая ситуацию на крайнем южном фланге войны, планировало на плечах отходивших советских войск ворваться в Одессу, выделив для этого 4-ю Румынскую армию [37]. Большую роль в сдерживании натиска немецко-румынских войск сыграли Рыбницкий и Тираспорльские укрепрайоны насчитывавшие 788 ДОТов [38].

Показательны в этом отношении действия личного состава этих укрепрайонов, комплектуемых по мобилизации в основном из жителей близлежайших сел Приднестровья, в особенности 65-го отдельного пулеметного батальона 82-го Управления Укрепрайонов, который задержал продвижение противника на 4 дня. Прекрасно зная местность, бойцы батальона проявляли чудеса героизма, отличаясь отменной выучкой и чувством боевого товарищества, подкрепляемого тем, что в ротах служили в основном односельчане.

Примером может служить пулеметный расчет сержанта Гросула Якова Григорьевича, уроженца села Коротное, Слободзейского района, у которого вторым номером был его односельчанин Григорьев Петр Афанасьевич. За мужество и героизм, проявленные во время боев на Южном фронте сержант Гросул Я.Г. был награжден орденом Боевого Красного Знамени, а рядовой Григорьев П.А. орденом Красной Звезды [39]. Другой молдаванин, Стрельников Григорий Маркович, командир отделения 65-го отдельного пулеметного батальона, уроженец села Кошница, 4 дня удерживал со своим отделением занимаемые позиции. Будучи окруженным, отделение прорвало кольцо и соединилось с батальоном, за что Стрельников Г.М. был представлен к ордену Красной Звезды [40]. Широко известно среди защитников Одессы было имя старшего сержанта этого же батальона, уроженца молдавской части города Слободзеи Чибричана Афанасия Антоновича, который за проявленное мужество и героизм был награжден орденом Боевого Красного Знамени [41].

В заключение следует сказать, что история боевых действий 65-го отдельного пулеметного батальона 82-го Управления Укрепрайонов заслуживает отдельного исследования и является одной из наименее изученных страниц Второй мировой войны и это несмотря на то, что он был одним из наиболее прославленных частей не только 82-го Тираспольского Укрепрайона, но и 9-й, а в последствии и Приморской Армии. За короткий период боев с 22 июня по октябрь 1941 г. из числа многонационального состава батальона были награждены орденом Ленина 2 человека, орденом Боевого Красного Знамени 5 человек, орденом Красной Звезды 8 человек, медалью «За отвагу» 8 человек, всего 23 человека. По числу награжденных, батальон не имел себе равных, будучи обойден в этом отношении лишь представителями авиации.

К началу августа 1941 г. немецко-румынским войскам удалось отрезать Отдельную Приморскую Армию от основных сил Южного фронта и прижать ее к Одессе [42]. Тысячелетняя история войн со всей очевидностью показывает, что в мире нет непокоренных крепостей. Несмотря на их кажущую неприступность все зависит от соотношения сил и средств противоборствующих сторон и наличия хорошо продуманного плана. Опыт обороны Севастополя, осады и покорения Порт-Артура и ряда других крепостей в новейшее время, показывает, что процесс борьбы за крепости сопровождается огромным количеством жертв и состоит из ряда штурмов. Каждый штурм имел целью захват господствующих высот, с которых можно было бы безнаказанно обстреливать позиции обороняющихся, делая бессмысленной оборону и принуждая защитников к капитуляции.

В случае с Одессой, ситуация отличалась тем, что город расположен на равнине без ярко выраженных высот откуда можно было бы угрожать городу и его защитникам, что значительно упрощало и улучшало оборонительные возможности обороняющихся и осложняло задачу наступающей стороне. Наиболее уязвимой Одесса была со стороны моря, однако господство Черноморского флота в рассматриваемый период сводил фактически к нулю возможности штурма города с этой стороны. Наличие многочисленных лиманов расположенных в меридиональном направлении привело к секторальному построению обороны советских войск, фланги которых прикрывались этими лиманами. Вместе с тем, именно лиманы могли бы сыграть решающую роль в зламывании советской обороны. При проведении морских десантных операций на лиманах румынские войска выходили бы далеко в тыл и фланги обороняющихся, что могло привести в конечном итоге к прорыву оборонительных позиций и захвату Одессы.

В противном случае, румынскому командованию пришлось бы прибегнуть к фронтальным атакам с постепенным прогрызанием неприятельской обороны и выталкивания советских войск, и это при отсутствии подавляющего превосходства в огневых средствах, особенно крупнокалиберной артиллерии. Любой из вариантов плана по прорыву обороны Одессы со стороны румынского командования без использования фактора лиманов выливался, в конце концов, к затяжным кровопролитным боям. И именно такого плана придерживалось румынское командование с молчаливого согласия своих немецких союзников.

Каждый день обороны Одессы подробно описан в советской военно-исторической литературе и поэтому нет необходимости повторяться. Отметим лишь, что, не сумев ворваться на плечах отступающих советских войск в город, румынское командование приступило к планомерной осаде города. В ходе боевых действий румыны пытались нащупать наиболее слабые места в обороне города для нанесения решающего удара. Действия румынских войск вылились в серию ударов, стремящихся прорвать оборону советских войск, носящих фронтальный характер.

Со своей стороны, советское командование предприняло ряд успешных контратак, восстанавливающих утраченные позиции. Однако судьба Одессы решалась в Крыму, где из-за угрозы потери Севастополя Ставка Верховного Главнокомандования приняло решение об эвакуации Одессы и усилении этими войсками гарнизона Севастополя. К моменту эвакуации, войска Приморской армии прочно занимали фронт в 65 км [43] Несомненно, что рано или поздно, Одесса была бы взята румынскими войсками, тем более, что 24 сентября 1941 г. И.Антонеску осознав невозможность покорения Одессы, опираясь лишь на свои силы, обратился за помощью к немецкому командованию. Однако, несомненно, и то, что лишь под влиянием внешнего фактора, советские войска сами оставили 16 октября Одессу, уйдя из города непобежденными.

Говоря о боевых действиях в Молдавии и на юге Украины следует указать на то, что они стоили противоборствующим сторонам огромных жертв. Только у 9-, 18-й, Приморской армий и 2-го кавкорпуса с 22 июня по 25 августа общие потери составили 97 305 человек, из которых убитыми 8698, ранеными и заболевшими – 24 772, остальные 63 835 человек – пропавшими без вести и попавшими в плен [44]. С учетом потерь советских войск в период с 8 августа по 16 октября непосредственно под Одессой (16 578 убитых и пропавших без вести и 24 690 раненых), общая цифра потерь составляет 138 573 человека.

Не меньшими были потери и у противной стороны. Только румынские войска, в период боев за Бессарабию, с 22 июня по 31 июля недосчитались 24 396 военнослужащих, из которых 5011 погибшими, 4487 пропавшими без вести и 14 898 ранеными. Еще большими были потери 4-й Армии, участвующей непосредственно в боях за Одессу, которая потеряла 17 729 человек убитыми, 11 71 пропавшими без вести и 63 345 ранеными [45]. К сожалению, мы не располагаем официальными данными по потерям 11-й немецкой Армии, но, исходя из умения немцев воевать, следует предположить, что их потери радикально не изменят общей картины. Всего же, с 22 июня по 3 октября 1941 г. вермахт потерял на советско-германском фронте 119 464 человек убитыми [46].

Анализируя ход боевых действий на Южном фронте в период борьбы за Бессарабию и Одессу, следует признать их уникальность в общей картине первого периода Отечественной войны. В силу разных причин и в первую очередь ошибок в стратегическом планировании операции «Мюнхен» со стороны германского верховного командования, участия операциях румынских войск и лучшей подготовке войск Одесского военного округа, боевые действия в полосе Южного фронта не приобрели катастрофического характера для советских войск, как это имело место на других участках.

Искусно маневрируя, нанося чувствительные удары противнику вплоть до проведения локальных десантных операций на территории противника, с тяжелыми арьергардными боями, советское командование сумело не попасть под пресс стратегической инициативы противника, сохранить войска и более и менее благополучно вывести их из этого района, задержав румыно-немецкие войска до середины октября 1941 г. в непосредственной близости от государственной границы СССР. Медленное развитие темпов наступательной операции «Мюнхен», подготовившей условия для успешной обороны Одессы, помогли советским войскам выиграть время, как для дальнейшей обороны Севастополя, так и для подготовки Ростовской наступательной операции, первой удачной наступательной советской операции на Восточном фронте.

Ход боевых действий на данном участке фронта позволяет сделать некоторые выводы по поводу их руководства со стороны командования противоборствующих сторон. Во-первых следует отметить, что германское верховное командование недооценило стратегической важности крайне южного фланга разразившейся войны, поставив развернутой здесь группировке первоначально оборонительные задачи, на чем настаивал Гальдер, что позволило советскому командованию успешно противостоять противнику, избежав окружений и разгрома, сохранив войска для дальнейшей борьбы.

Немаловажную роль сыграл и тот факт, что в дальнейшем задача захвата Одессы и окончательного закрепления за собой всего южного театра военных действий была возложена на румынское военное руководство, которое к этому было не совсем готово. Именно неподготовленность румынского командования и предопределила конечный неуспех и поражение немцев под Ростовым в кампании 1941 г. В дальнейшем, немецкое командование больше не совершало подобных ошибок, не доверяя выполнение самостоятельных задач союзникам.

Вместе с тем, события лета-осени 1941 г. развеяли несколько устоявшихся предубеждений по поводу румынской армии. Совершенно несостоятельным оказался скепсис, характерный для представителей ведущих военных держав (СССР, Германии, Англии и ряд других) по поводу боевых возможностей современных родов войск королевской Румынии, их боевой выучке и умения вести современный общевойсковой бой.

С самой лучшей стороны проявила себя румынская танковая дивизия, единственное танковое соединение союзников на данном участке фронта, которое сыграло решающую роль в боях за Бессарабию. Командование дивизии искусно маневрировало имеющимися у себя небольшими силами, показав понимание и умение вести современную войну с применением танков. Благодаря этому, дивизия оказывалась всегда в нужное время в нужном месте, создавая иллюзию у советского командования в подавляющем превосходстве танков противника.

На высоте требований предъявляемых к современной войне оказалась и румынская авиация. В этом отношении следует отметить оснащенность румынской авиации современными типами летательных аппаратов, превосходивших по своим качественным характеристикам основную массу советских самолетов. Несмотря на свою немногочисленность, румынские ВВС имели на вооружении лучшие образцы военной техники тех лет отечественного и зарубежного производства, такие как бомбардировщики Хенкель-111, истребители ИАР-80, Мессершмитд-109Е, Хенкель-112Б, Харрикайн (Hawker Hurricane), благодаря чему им удалось захватить господство в воздухе. В воздушных боях румынские ВВС сбили 83 советских самолета, потеряв 43 собственных, из которых лишь 7 в воздушных боях, 4 машины были сбиты огнем противовоздушной обороны, 18 – пропали без вести над советской территорией и 13 потеряны по техническим причинам [47].

В воздушных боях с советской авиацией румынские летчики проявили профессиональное мастерство и образцы мужества. 23 июня 1941 г. в бою над Констанцой лейтенант Хория Агаричь сбил 3 советских самолета [48]. 12 июля на юге Бессарабии истребитель Василий Клару в бою с 6-ю советскими истребителями, израсходовав боезапас таранил своим самолетом ИАР-80 советский истребитель, геройски погибнув в неравном бою [49].

Высокую выучку и профессионализм показал и личный состав флота. Советский военно- морской флот, господствовавший в Черном море, несмотря на свое превосходство, так и не смог блокировать в портах базирования румынский флот. При этом советские ВМФ потеряли 26 июня в районе Констанцы крейсер «Москва», а 9 июля в районе Тузлы 2 подводные лодки [50].

В то же время, сухопутные войска, в особенности пехота, пользовавшаяся хорошей репутацией в мире, благодаря качествам рядового состава (румынский солдат традиционно считался неприхотливым, дисциплинированным, стойким, хотя и слабо вооруженным воином, способным решать любые поставленные перед ним задачи) оказалась не на высоте положения. Командный состав сухопутных войск действовал шаблонно, по старинке, в густых стрелковых цепях времен Первой мировой войны, что предопределило высокие потери среди личного состава и затяжной характер боев. Но самое главное, румынский солдат боялся противника и не понимал целей войны, особенно за пределами Бессарабии [51].

Что же касается советского командования, в целом следует отметить грамотные действия руководства Южного фронта и в особенности 9-й Армии на фоне общей безрадостной картины лета-осени 1941 г. на других участках войны. Советское командование не упустило из рук руководства войсками, сумев организовать прочную оборону занимаемых рубежей. Следует так же отметить, что ход боевых действий диктовался не столько ситуацией на данном конкретном участке, сколько ситуацией в полосе Юго-западного фронта.

Кроме того, включение в полосу Южного фронта 6- и 12-й армий Юго-западного фронта негативно сказалось на руководстве со стороны командования фронта войсками непосредственно в Молдавии и Приднестровье, так как оно было вынуждено уделять основное внимание новому направлению, изымая для его усиления войска из 9-й Армии и перебрасывая их к северу. Фактически, руководство боевыми действиями на данном направлении перешло в руки командования 9-й Армии.

Следует отметить также и отсутствие опыта как у командования 9-й Армии, так и командиров частей и соединений, которые не смогли реализовать подавляющее превосходство в технике над противником. Наличие в руках командования двух механизированных корпусов никак не повлияло на ход боевых действий, несмотря на то, что мехкорпуса являлись реальной боевой силой, которую можно было бы использовать более эффективно. 2-й МК к началу войны был разбросан по всей территории Одесского округа, сосредоточившись лишь 24 июня в районе Бравича – Пересечино – Оргеев.

В дальнейшем этот корпус получал различные боевые задачи находясь в постоянном движении, но не вступая в бой с противником. Так 28 июня корпус сосредоточился у Бучунен для атаки на Скуляны [52], 1 июля его перебросили в Сынджерей [53], 2 июля соединение выступило на марш в новый район сосредоточения в районе ст. Дрокия – Реча – Никорены [54] для нанесения контрудара по противнику. Контрудар не удался, 2-й МК понес большие потери, хотя и превосходил по боевым возможностям румынскую танковую дивизию. 9 июля 2-й МК получил приказ сосредоточится в районе Дубна – Алексеевка, а 10 июля в районе Вальковцы – Пояна, 11 июля получил указание выйти в район Котовска [55]. За время непрерывных передвижений, которые изнашивали материальную часть, было потеряно 50 танков, 97 автомашин. Насчитывая в своих рядах к 11 и 12 июля около 200 танков различных типов [56], корпус потеря с 22 июня свыше 300 танков практически без соприкосновения с противником.

Примерно такая же картина была и в 18-м МК. Несомненно, что командование 9-й Армии не имело опыта использования танковых корпусов компактной массой и использовало их в качестве непосредственной поддержки пехоты и залатывания дыр на различных участках фронта, используя подразделения корпусов по частям, сводя на нет превосходство в этом роде войск над противником.

Определенную роль сыграл и общий уровень общеобразовательной и профессиональной подготовки у представителей германского и советского начальствующего состава. В то время, как весь командный состав германской, да и румынской армий, начиная от командира роты и заканчивая командующим армией имели специальное военное образование (среднее или высшее), советское командование зачастую не имело даже среднего общего образования.

Из всех командиров стрелковых корпусов, стрелковых дивизий 9-й Армии и всех трех механизированных корпусов, танковых и механизированных дивизий Южного фронта лишь семеро имели законченное среднее и высшее военное образование (Р.Малиновский, М.Мындру, А.Соколов, П.Белов, И.Дашичев, И.Хорун, В.Баранов). Среди командного состава были люди без законченного среднего образования. 16 человек имели за спиной лишь 2-3 класса начальных школ. Многие из них не получили полноценного военного образования, имея за плечами лишь разного рода краткосрочные школы, курсы усовершенствования либо различные курсы Военной Академии им. М.Фрунзе.

В полном смысле слова профессионально образованными военными можно считать: командира 16-го МК комдива А.Соколова, окончившего в 1917 г. ускоренный курс Павловского военного училища, в 1929 г. Военную академию им. М.Фрунзе, в дальнейшем преподававшем а этой Академии, генерал-майора Павла Белова, командира 2-го КК, начавшего Первую мировую войну рядовым гусаром, окончившего в дальнейшем школу прапорщиков, курсы усовершенствования командного состава и Военную академию им. М.Фрунзе и комбрига И.Дашичева, командира 35-го СК, окончившего Чугуевское военное училище, Военную академию им. М.Фрунзе.

Слабость в профессиональной подготовке командного состава после 1937 г. начали осознавать и в Москве, переводя представителей «революционного» начала в военном деле на второстепенные должности. Показателен в этом отношении пример полковника И.Горбенко, в 1941 г. командира 240-й мотострелковой дивизии, окончившего войну в звании полковника и в должности командира механизированного полка. Примерно та же участь постигла и генералов В.Марценкевича, который встретил войну командиром 176-й сд и погиб в 1944 г. будучи в той же должности и А.Пастревича, прокомандовавшего дивизией с 1939-го по 1945 г.

Наиболее рельефно ситуация с кадрами в рядах Красной Армии прослеживается на судьбе командующего 9-й Армией генерал-полковника Я.Т.Черевиченко. Несмотря на солидный боевой опыт, накопленный за годы Первой мировой и Гражданской войны, в основе своей он имел лишь незаконченное начальное 2-х классное образование сельской школы. Дальнейшее образование представляло собой различные командные курсы. В 1935 г., в возрасте 41-го года Я.Т.Черевиченко закончил Военную академию им. М.Фрунзе без наличия среднего образования. Я.Т.Черевиченко являлся типичным представителем выдвиженцев Гражданской войны – сильных практическим опытом и слабо подготовленных теоретически. Пик карьерного роста Я.Т.Черевиченко пришелся на период после 1937 г. За 5 лет – с 1936-го по 1940 г. – он проделал головокружительную карьеру от командира полка до командующего Одесским военным округом.

Фактически, командный состав Южного фронта во время боев лета-осени 1941 г. заново осваивал азы военного искусства, процесс, которые должен был пройти за 10-20 лет до войны. Следует признать, что процесс «обучения» протекал быстро, так как, несмотря на все совершенные ошибки, командование 9-й Армии в целом справилось с возложенными на нее задачами лучше, чем на других участках войны, сумев сберечь армию и задержать противника на первоначальных рубежах, примерно, на 4 месяца. Символично, что многие из вчерашних «учеников» в 1944 г. вернулись на места былых боев уже в качестве победителей, продолжив дальнейшую борьбу с фашизмом бок о бок с недавними врагами, ставшими союзниками.

Примечания:

1. Armata română în al doilea război mondial. Eliberarea Basarabiei şi a părţii de nord a Bucovinei, vol.1, Editura Militară, Bucureşti, 1996, стр. 113.

2. Одесский краснознамённый, «Картя Молдовеняскэ», Кишинёв, 1975, стр. 60.

3. Armata română în al doilea război mondial. Eliberarea Basarabiei şi a părţii de nord a Bucovinei, vol.1, Editura Militară, Bucureşti, 1996, стр. 338-339.

4. Там же, стр. 162.

5. Там же, стр. 174.

6. ЦАМО РФ, фонд 228, опись 701, дело 85, л. 7.

7. ЦАМО РФ, фонд 228, дело 237, коробка 3690, л. 8.

8. Там же, д. 9.

9. Там же, д. 12.

10. Armata română în al doilea război mondial. Eliberarea Basarabiei şi a părţii de nord a Bucovinei, vol.1, Editura Militară, Bucureşti, 1996, стр. 88.

11. Кисилёв В.Н., Ромашичев Н.М. Последствия оценок. Действия войск Южного фронта в начальном периоде Великой Отечественной войны // Военно-исторический журнал. 1989. № 7. Стр. 16.

12. Гуркин В.В. Людские потери Советских Вооружённых Сил в 1941-1945 г.г. Новые аспекты // Военно-исторический журнал. 1999. № 2. Стр. 4.

13.http:// http://www.bdsa.ru/

14. Armata română în al doilea război mondial. Eliberarea Basarabiei şi a părţii de nord a Bucovinei, vol.1, Editura Militară, Bucureşti, 1996, стр. 92.

15. http://www.mechcorps.rkka.ru/

16. Мощанский Илья, Хохлов Иван Южное направление. Оборонительные операции Южного фронта и Отдельной Приморской армии 22 июня – 16 октября 1941 года, Фотоиллюстрированное периодическое издание «Военная летопись», М., 2005, стр. 11.

17. Там же, стр. 4.

18. Cornel I. Scafeş, Horia Vl. Şerbanescu. Ioan I. Scafeş. Trupele blindate din Armata Română – 1919-1947, Bucureşti, 2003. p. 9.

19. Одесский краснознаменный, «Картя Молдовеняскэ», Кишинёв, 1975, стр. 63.

20. Armata română în al doilea război mondial. Eliberarea Basarabiei şi a părţii de nord a Bucovinei, vol.1, Editura Militară, Bucureşti, 1996, стр. 160.

21. Там же, стр. 180.

22. Там же, стр. 178

23. Там же, стр. 179.

24. Локтионов И.И. Дунайская флотилия в Великой Отечественной войне, М., 1962, стр. 26.

25. ЦАМО РФ, фонд 228, дело 237, коробка 3690, л. 24.

26. Armata română în al doilea război mondial. Eliberarea Basarabiei şi a părţii de nord a Bucovinei, vol.1, Editura Militară, Bucureşti, 1996, стр. 215.

27. ЦАМО РФ, фонд 228, дело 237, коробка 3690, л. 27.

28. Armata română în al doilea război mondial. Eliberarea Basarabiei şi a părţii de nord a Bucovinei, vol.1, Editura Militară, Bucureşti, 1996, стр. 219.

29. ЦАМО РФ, фонд 228, дело 237, коробка 3690, л. 32.

30. История Великой Отечественной войны, т. 2, М., стр. 43.

31. ЦАМО РФ, фонд 228, дело 237, коробка 3690, л. 34.

32. Там же, стр. 46.

33. Armata română în al doilea război mondial. Eliberarea Basarabiei şi a părţii de nord a Bucovinei, vol.1, Editura Militară, Bucureşti, 1996, стр. 251.

34. Гальдер Ф. От Бреста до Сталинграда: Военный дневник. Ежедневные записи начальника генерального штаба сухопутных войск 1941-1942 гг., Смоленск, Русич, 2001, стр. 102.

35. Тем же, стр. 121.

36. ЦАМО РФ, фонд 228, опись 701, дело 228, коробка 3689, л. 2.

37. Мощанский Илья, Хохлов Иван Указ соч., стр. 46.

38. ЦАМО РФ, фонд 228, опись 701, дело 588, л. 19

39. ЦАМО РФ, фонд 33, опись 682524, дело 16, л. 364 и дело 18, л. 35.

40. ЦАМО РФ, фонд 33, опись 682524, дело 16, л. 364 и дело 19, л. 270.

41. Там же, л. 404.

42. История Великой Отечественной войны, т. 2, М., стр. 113.

43. Карпов В.В. Полководец, М.: «Воениздат», 1985, стр. 80.

44. ЦАМО РФ, фонд 228, опись 701, дело 85, коробка 3645, л. 351.

45. http://www.worldwar2.ro.

46. Гальдер Ф. От Бреста до Сталинграда: Военный дневник. Ежедневные записи начальника генерального штаба сухопутных войск 1941-1942 гг., Смоленск, Русич, 2001, стр. 411.

47. Armata română în al doilea război mondial. Eliberarea Basarabiei şi a părţii de nord a Bucovinei, vol.1, Editura Militară, Bucureşti, 1996, стр. 292.

48. Там же, стр. 285.

49. Там же, стр. 289.

50. Там же, стр. 298-299.

51. Arhiva Ministerului Apărării naţionale, fond Microfilme. Rola P II. 1104, c. 332-348.

52. ЦАМО РФ, фонд 228, опись 701, дело 237, коробка 3690, л. 15.

53. Там же, стр. 21.

54. Там же, стр. 22.

55. Там же, стр. 46.

56. Там же, стр. 55.

Анатолий Петрович Лешку, Кандидат исторических наук, заведующий кафедрой общественных знаний и иностранных языков Военной Академии Вооруженных Сил Республики Молдова (г. Кишинев).

Источник: ВоенКом: Военный комментатор: Военно-исторический альманах. 2010. № 2(10)

Anunțuri

Lasă un răspuns

Completează mai jos detaliile tale sau dă clic pe un icon pentru a te autentifica:

Logo WordPress.com

Comentezi folosind contul tău WordPress.com. Dezautentificare / Schimbă )

Poză Twitter

Comentezi folosind contul tău Twitter. Dezautentificare / Schimbă )

Fotografie Facebook

Comentezi folosind contul tău Facebook. Dezautentificare / Schimbă )

Fotografie Google+

Comentezi folosind contul tău Google+. Dezautentificare / Schimbă )

Conectare la %s