ПЕРВЫЕ ОБРАЩЕНИЯ МОЛДАВИИ В МОСКВУ С ПРОСЬБОЙ О ПРИНЯТИИ ЕЕ В РУССКОЕ ПОДДАНСТВО

gheorghe_stefan_2p
Георгий Стефан — господарь Молдавского княжества с 3 (13) апреля по 28 апреля (8 мая) 1653 и с 16 июля 1653 по 3 (13) марта 1658.

История переговоров о переходе Молдавии в русское подданство в буржуазной румынской и русской исторической литературе неоднократно изучалась, но некоторые основные документы этого периода оставались вне исследования, и поэтому допускалось много фактических ошибок, к тому же у дореволюционных как у русских, так и румынских историков ярко выражена тенденциозность в освещении истории этого периода. Русский историк Ю. Арсеньев [1], например, писал о господаре Георгии Стефане как об искреннем и преданном сторонйике России. Некоторые румынский историки пытались найти коварство, проявленное Россией в переговорах, и т. д. [2].

В наши дни этот вопрос получил несравненно более всестороннее и полное освещение: в первом томе «Истории Молдавии» дан краткий общий обзор переговоров. В статье румынских историков Т. Ионеску-Нишкова и А. Константинеску [3] широко использованы многочисленные публикации документов в России и дана удачная картина переговоров. В советской литературе следует отметить статью Е. Шульмана [4], в которой широко использованы архивные документы и на основе их показана гораздо полнее, чем прежде, вся картина переговоров.

Главной национальной внешнеполитической задачей Молдавии в это время оставалась борьба за избавление от турецкого ига. Попытки достичь этого военным путем показали, что никаких шансов на освобождение только своими силами у Молдавии нет.

Решение Переяславской Рады о присоединении Украины к России указывало Молдавии другой путь избавления от иноземного гнета. В Молдавии весть о воссоединении Украины с Россией встретили радостно, восторженно. Русский старец Арсений Суханов, который как раз в 1654 г. был в Яссах, писал царю: «А тому, государь, гораздо рады все с великою радостию не токмо воевода и бояре его, но и поселяне все, что казаки поклонились под твою высокую царскую руку» [5].

Для молдавского господаря Г. Стефана, как главы боярства, после изгнания В. Лупу грозным соседом была восставшая Украина, и именно поэтому с нею уже через несколько месяцев после занятия престола новый господарь ищет пути для установления мира. К этому имелись благоприятные и политические и социальные предпосылки. Господаря Г. Стефана, как и боярство, пугал союз с восставшим украинским народом, но союз с феодальной Россией, подавлявшей силой всякий протест угнетенного народа, для боярства был даже желателен. Украина с того времени, как вошла в состав России, в этом отношении также переставала быть прежним опасным соседом. Молдавский господарь опасался мести гетмана Б. Хмельницкого, который только что безуспешно воевал в Молдавии и потерял там сына. Но Хмельницкий и здесь показал себя большим государственным деятелем. Несмотря ни на что, он не оставлял мысли о превращении Молдавии в союзницу Украины и пытался установить союз и с новым господарем. Молдавским послам в Чигирине Ивану Григорьеву и Троескулу Хмельницкий говорил: «…чтобы Стефан воевода от него ни в чем не опасался, хотя сын его в Сучаве убит… и ему де, гетману, хотя бы и всю молдавскую землю разорить и людей погубить, а однако уже сына своего не воротить. И Стефан бы де, воевода, был с ним в союзе и держал во всем дружбу» [6].

Выгодные для Украины условия, при которых произошло воссоединение, еще более усилили стремление Молдавии к избавлению от иноземного гнета через присоединение ее к России. Осуществление такого плана значительно бы укрепило как международное, так и внутреннее положение Молдавии.

В таких условиях Г. Стефан через Богдана Хмельницкого затевает с Москвой переговоры о переходе Молдавии в русское подданство. Но поскольку в среде бояр протурецкая партия была очень влиятельной, эти переговоры велись в глубокой тайне. Да и сам Г. Стефан вел колеблющуюся политику. До некоторой степени это объяснялось сложным международным положением Молдавии. Господарь удерживался на престоле только благодаря поддержке из Валахии и Трансильвании. Отношения с Польшей, Турцией, Крымским ханством не установились окончательно.

Во взаимоотношениях Г. Стефана с Россией и Украиной можно отметить крутые повороты. Когда для укрепления власти ему было выгодно, он шел на сближение с Москвой, при изменении условий он выступал как союзник Польши против России. Переговоры затянулись на два года, шли с перерывами.

В Москве на Молдавию смотрели как на возможного союзника для борьбы с Польшей, однако там не переоценивали преданность Г. Стефана и не спешили с решением вопроса, выжидали. В начале 1654 г. господарь направил в Чигирин к украинскому гетману, а потом и в Москву своего человека Ивана Григорьева, который должен был предварительно договориться об услбвиях вхождения Молдавии в состав русского государства. Одновременно с особой торжественностью господарь встретил в Яссах русского посла Гавриила Самарина. Вскоре в Яссы от гетмана был направлен посол есаул Демко, в присутствии которого Г. Стефан, как писал в Москву царю Б. Хмельницкий, «…крест нам целовал, обещался быть под крепкою рукою твоего Царского Величества и с нами в приязни вечно жить» [7].

Для Москвы и Украины Молдавия была ценным союзником против Польши, с которой продолжалась война. Уже в первой московской грамоте к господарю из Москвы, посланной с Самариным, царь настаивал, чтобы господарь не оказывал помощи польскому королю: «А будет… Ян Казимир… учнет и тебе присылати просити помочи на наших Царского Величества поданных на гетмана Богдана Хмельницкого и на все войско запорожское… ничем не помогай… А мы великий государь… во всем к тебе хотим держати нашу государскую милость и жалование» [8].

Но Стефан не оправдал надежд московского правительства, через несколько месяцев он переметнулся на сторону Польши. Уже в сентябре московские агенты доносили, что «…Стефан воевода шаток… королю хочет против государевых людей де помогать» [9]. Б. Хмельницкий переслал в Москву грамоту Крымского хана, в которой его, Б. Хмельнцкого, приглашали «в приятельство» против Москвы, и что с ними будут «венгрове, мунтяне, волохи…» [10]. Господарь задержал запорожских послов, проезжавших через Молдавию, и готовился к походу в союзе с польскими силами против Украины [11], он сообщил польскому королю о переговорах с Москвой и Россией. Такое коварство господаря вызвало гнев Б. Хмельницкого и русского царя. Переговоры были прерваны.

Через год Г. Стефан вновь обращается в Москву с той же просьбой. Он уверяет, что его отступничество в предыдущий период было вынужденным, в качестве ходатаев за него выступают патриархи Иерусалимский и Антиохийский. После некоторых предварительных переговоров в мае 1656 г. в Москву приехало большое молдавское посольство во главе с митрополитом Гедеоном. Посольство должно было согласовать условия, на которых Молдавия войдет в состав России. Послы привезли официальное обращение от Г. Стефана с просьбой принять Молдавию в русское подданство: «…чтобы государь пожаловал, призрел на него… своею государевой милостью принял бы его под государеву высокую руку, так же как и гетмана Богдана Хмельницкого и все войско запорожское и был над всеми православными христианами един он благочестивый государь» [12].

В Москве вопрос о принятии Молдавии рассматривали как событие, могущее изменить отношения со многими соседними странами. Принятие Украины в состав России вызвало затяжную борьбу с Польшей, кроме того, велась война в Прибалтике, а вступление Молдавии в состав Русского государства могло вызвать еще дополнительные трудности, поэтому в Москве не опешили с ответом. Только через полгода, когда более или менее прояснился политический горизонт, вопрос в принципе был рёшен. Условия, которые послы привезли из Молдавии, приняли в Москве почти без всяких изменений. Эти условия были зачитаны в московских церквах; митрополит Гедеон — глава посольства и другие члены посольства от имени Молдавии принесли присягу. Предполагалось, что послы вернутся в Молдавию и что туда поедет специальное русское посольство, которое примет присягу от молдавского господаря и от населения и этим осуществит акт присоединения. Однако даже после оформления соглашения было решено некоторое время держать его в тайне, о нем в Молдавии должна была знать только небольшая группа бояр. Эта последняя оговорка много говорит о реальных условиях того времени.

Важнейшими статьями договора были следующие:
В Молдавии должны были восстановиться те порядки, которые там были до начала турецкого владычества.

Все земли, которые Турция отторгда от Молдавии, и в первую очередь крепости и райи, подлежали возврату Молдавии. Этот пункт означал, что Русское государство должно было вести из-за Молдавии войну с Турцией.

Господарями Молдавии впредь, по предложению бояр, должны назначаться только молдавские бояре (а не греки-фанариоты и не русские. — Н. М.).

Молдавские войска обязаны были участвовать в походах русской армии, а русская армия брала на себя обязательство защищать Молдавию от Турции и всех прочих врагов.

Молдавия освобождалась от всякой дани. Предусматривались подарки русскому царю, то есть особая форма оплаты расходов, которые должно было нести Русское государство, защищая границы Молдавии.

Кроме того, предусматривалась свобода торговли как русских купцов в Молдавии, так и молдавских в России и т. д.

Изучение содержания этого договора показывает его исключительно благоприятные условия для Молдавии. В нем гарантировались сохранение полной внутренней самостоятельности княжества и защита его границ силами русской армии. Однако в конкретной исторической обстановке того времени условия договора не смогли быть осуществлены. Молдавское посольство в январе 1657 г. вернулось в Яссы, но русское посольство, которое должно было прибыть в Молдавию и принять присягу, так и не выехало, этому препятствовали неблагоприятные международные обстоятельства. К тому же поведение Г. Стефана не внушало в Москве особого доверия, а в следующем году (март 1658 г.) турецкое правительство отстранило его и он бежал на Запад.

Это было первое обращение Молдавии к России, оно не было претворено в жизнь. Но Молдавия, встав на этот путь, вновь и вновь возвращалась к нему, чтобы таким путем избавиться от ненавистного турецкого ига.

В последние три десятилетия XVII в. международное положение Молдавии ухудшилось. В 1669 г. кончилась многолетняя война Турции с Венецией. С этого времени турецкие агрессоры более настойчиво стали направлять свои силы на север, строя новые планы подчинения правобережной Украины и Польши. Вновь обострилась война на Украине. На правобережье Днепра во главе казаков укреплялись то турецкие, то польские ставленники. Гетман правобережной Украины Дорошенко (1669—1675) признал зависимость от Турции, такой же линии потом придерживался гетман Юрий Хмельницкий (1677—1681).

Турция, опираясь на своих ставленников, пыталась подчинить себе всю Украину и с этой целью совершила ряд завоевательных походов. Украина стала ареной ряда больших военных столкновений турецких и русско-украинских армий. Постоянным участником этих войн была Польша, которая также пыталась вновь подчинить себе Украину.

Молдавия в этих войнах была ближайшим тылом Турции. Она была вынуждена участвовать в войнах как материально (снабжала турецкую армию всем необходимым), так и поставкой вспомогательных воинских отрядов. Через Молдавию проходили го турецкие, то татарские, то польские армии, которые притесняли население и разоряли страну. Бедственное положение страны хорошо передает польская поговорка тех времен: «hospodarstwe woloskie jak przepiorze pole» («Молдавское княжество как перепелиное поле»), то есть она стала страной, куда за добычей ходят все соседи [13].

Ион Некулче в своей летописи дает потрясающие картины бедствий страны, разоряемой поочередно турецкими, татарскими и польскими войсками. В 1684 г. он пишет: «…был великий голод, вся страна разбрелась и не могли люди обрабатывать землю, не добывали хлеба. На дорогах и улицах лежали обессиленные люди и тела умерших, и было людоедство… Скот был дорог, мед был дорог… в стране было много денег, а продовольствия не было» [14].

В 1672 г. Турция предприняла большой поход против Польши, ее армия, пройдя через Молдавию, захватила пограничную крепость Каменец, а потом осадила Львов. Польская шляхта в это время была занята внутренними раздорами и не была готова для борьбы с грозным нашествием. Оказавшись в безвыходном положении, король заключил мирный договор, по которому Правобережная Украина отходила к Турции и, кроме того, Польша обязалась платить ежегодную дань. Это был огромный успех Турции. Над Польшей нависла страшная угроза турецкого ига. Турецкие гарнизоны были оставлены в Каменце. Молдавия должна была нести неимоверные тяготы по снабжению их всем необходимым. С юга на север через всю Молдавию постоянно шли турецкие обозы и отряды, поддерживающие связь с турецким гарнизоном. Жители Молдавии должны были снабжать продовольствием и фуражом эти отряды и обозы и давать им квартиры. В Молдавии давно существовал обычай, по которому население было обязано кормить и предоставлять квартиру господарю и его слугам. Эти повинности называли «стеция» или «конак». С XVII в. право на «конак» получили все турецкие войска, «конак» вплоть до конца XVIII в. стал одной из самых тяжелых повинностей для населения Молдавии [15]. Иногда, как это было и в конце XVII в., он вел к опустошению целых уездов. Экономическое и политическое положение Молдавии значительно ухудшилось.

В таких условиях патриотические силы Молдавии и Валахии искали путей облегчения участи своей родины. Когда в следующем 1673 г. возобновилась польско-турецкая война, молдавские войска во главе с господарем Стефаном Петричейку (1672—1673, 1673—1674 и 1683 — 1684) и валашские во главе с Григорием Гика (1672—1673) перешли на сторону Польши [16]. Турецкая армия была разгромлена, польские армии заняли крепость Хотин и часть Молдавии.

Молдавия, таким образом, включалась в антитурецкую борьбу вместе с Польшей и Австрией. Однако часть молдавского боярства (про-турецкой партии) оставила Стефана Петричейку и перешла на сторону султана, «…до которого знову панове волоские пристали, отступивши ляхов», как писал украинский летописец [17].

Молдавский господарь Стефан Петричейку, перейдя на сторону Польши, рассчитывал получить защиту от турецких притеснений, но в самой Польше шла борьба между группами шляхетства; рассчитывать на серьезную помощь из Польши не приходилось. В таких сложных обстоятельствах молдавский господарь С. Петричейку, выражая интересы прорусской группы бояр, во главе с митрополитом Досифеем начал переговоры с Москвой о защите Молдавии от турецких поработителей и о принятии ее в русское подданство.

Об этом обращении молдавского воеводы в литературе известно очень мало. А это довольно важный эпизод в русско-молдавских отношениях, который в свое время сыграл особую роль.

В начале 1674 г. в Москву прибыл игумен Федор в качестве посла от молдавского господаря и бывшего валашского господаря Константина Шербана [18]. В грамоте господаря описывалось бедственное положение Молдавии, он просил защиты от турецких сил: «Подобает бо нам, христианам, быть под послушанием христианского царя, нежели быть в порабощении царя бусурманского» [19]. В Москве в Посольском приказе в то время видный пост занимал бывший молдавский боярин Николай Милеску (Спафарий). К нему из Молдавии также были привезены обращения с просьбой о содействии. Со своей стороны митрополит Досифей, один из наиболее видных деятелей прорусской партии в Молдавии, переслал специальное послание к патриарху Московскому с просьбой о содействии миссии игумена Федора. Досифей просил патриарха воздействовать на царя, пусть тот «…воздвигнет силы своея и придет спасти нас от руки глубокого лукавца и неистового Махомета, да нас избавит как птиц от свирепого коршуна» [20].

Молдавский посол в Москве рассказывал о недовольстве народов, порабощенных Турцией: «А как царское величество ратных людей позволит послать их на помощь… не только волохи и мунтяне или сербы учнуть стоять, но и греки все на турка восстанут» [21].

Следует отметить, что если за 18 лет до этого переговоры о русском подданстве велись на основе определенных условий, привезенных из Молдавии, то теперь ни о каких условиях речи нет, теперь только просьба: «…избави нас от рабства поганского дабы были под покорством Вашего царского величества» [22]. Конечно, это объясняется исключительно бедственным положением страны.

В грамоте бывшего валашского воеводы Константина Шербана, привезенной послом, сообщалось о бедствии Валахии под гнетом Турции, о бесчисленных поборах турок «…толиких непристойных тягостей невазмогах терпети, понеже просили от нас толико, яко невозможно собрати. И тогда мы, прося у бога милости, воевали на неверных и с турками… мы елико возможно были оборонились. А егда увидехом, что сила наша изнеможе, оставихом владение наше и паки отступили во страны христианские…». Дальше рассказывалось, как во время похода на Польшу турецких войск «…нищине наши земли возили корм им всем и коням их» [23].

Это обращение Молдавии нашло в Москве хороший прием, в то время Молдавия могла стать ценным союзником в начинавшейся борьбе России с Польшей, Турцией и Крымским ханством. Но в то же время Москва открытыми действиями не хотела осложнять положение, да и ситуация в самой Молдавии была неясной. На вопрос о подданстве в Москве дали уклончивый ответ, обещали послать людей «…для рассмотрения земли и мест» [24]. Более определенными были военные меры — обещано было усиление действий против Дорошенко, который по поручению султана теснил Молдавию. Это обещание было выполнено, русские войска на Украине совершили поход против Дорошенко.

Вскоре господарь с большой группой бояр, митрополитом Досифеем и войском вынужден был оставить Молдавию и укрыться в Польше. В грамоте, присланной в Москву из Польши, рассказывалось о бедствиях, которые причиняют турецкие войска Молдавии: «И ныне мы не пересказать Вашему Величеству утеснения и казни, которые терпели нищие христиане и которых человеческие глаза никогда не видели» [25]. Поскольку господарь с этого времени проживал в Польше, переговоры о переходе Молдавии в русское подданство прекратились, но переписка продолжалась. Ее много лет поддерживал митрополит Досифей.

Господарем Молдавии султан назначил грека Дмитрия Кантакузино (1673, 1674—1675, 1684—1685). Чтобы удержаться на престоле, он призвал татар, которые стали его военной опорой. С исключительной силой И. Некулче пишет о страданиях молдаван, притесняемых татарами: «Татары вступили в страну как волки в стадо овец, на зиму они расселились по селам у крестьян между реками Прут и Днестр и выше до Жижии; не было жалости к несчастной стране, как будто у нее не было господаря… татары — это ненасытные волки, они грабят, избивают, полонят христиан…» и т. д. [26].

В Молдавии одновременно находились отряды турок, татар и господаря Д. Кантакузино, а на севере — поляков и господаря Стефана Петричейку. В опустошенной стране начался голод. Один из современников говорил о гибели двух третей населения. Украинский летописец писал: «Волоская земля того часу в великом утраплению была, же мусели уже з своей земле утекати, и много коло Богу (р. Буг. — Н. М.) в тих городах значных волох тулялось, бо великую кривду терпели от татар, которые зимовали, выгнавши ляхов и господаря Петрецая, а настал Думитрашко господарем, що з ордою прешел, который и сам у татар за невольника был, бо що хотели, то робили.» [27].

В августе 1674 г. в Москве продолжались переговоры с послами (бывшим логофетом Радулом и другими) о принятии Молдавии в русское подданство. Послы представили условия из 17 статей о подданстве. В этих статьях повторяются уже знакомые пункты: о сохранении внутри страны старых порядков, восстановлении прежних границ княжества, праве бояр на избрание господаря и митрополита, неприкосновенности боярского землевладения, праве свободной торговли, участии молдаван в походах русской армии и т. д.[28]. Это обращение не имело особых политических последствий, но оно характерно для умонастроения и валашских и молдавских бояр.

По мирному договору 1676 г. Польша оставила себе Хотин, но крепость Каменец и половина правобережной Украины остались под властью Турции. Турки разрушили стены крепостей в Сучаве и Нямце.

Используя предательство некоторой части верхушки казачества, Турция распространяла свою власть на юго-западные украинские земли. Так как казацкие гетманы, ставленники султана, не пользовались доверием народа и изгонялись (достаточно вспомнить судьбу гетманов Ю. Хмельницкого, П. Дорошенко и других), то турецкое правительство сделало попытку закрепить власть на Украине, используя для этого Молдавию. Украинским гетманом в 1681 г. был объявлен верный турецкий слуга господарь Молдавии Григорий Дука (1665—1666, 1668—1672, 1678—1683); он получил титул: «господарь земли молдавской и земли украинской». Своим наместником на Украине Дука назначил боярина Ивана Дрешнича с резиденцией в городе Немирове. Но казаки вскоре изгнали его, и попытка Турции поработить Украину путем подчинения ее господарю Молдавии не увенчалась успехом. Она нашла отражение только в титуле господаря.

Особой остроты русско-турецкая борьба из-за Украины достигла в 1677—1678 гг., когда огромная турецко-татарская армия дважды ходила под Чигирин, столицу казачества. Во время этих походов Молдавия служила продовольственной базой для турецкой армии. Только в 1678 г. молдавский господарь должен был послать турецкой армии 4 тысячи возов хлеба, 2 тысячи волов, тысячу лошадей с возами и т. д. [29]. Кроме того, Молдавия своими силами должна была строить мосты через Дунай и Днестр, обязана была послать вспомогательный отряд в 7000 человек [30] и пр.

Оба Чигиринские похода Турции (1677 и 1678 гг.) окончились безрезультатно. Русские и казацкие армии не позволили Турции перенести границы до Днепра.

Отражение русско-украинскими силами турецкой агрессии имело для Молдавии огромное значение. За Молдавией сохранилась возможность выйти из-под власти Турции.

В походе под Вену в 1683 г. по требованию султана участвовали многие народы, подвластные Турции, в том числе отряды молдаван и валахов во главе с их господарями. Однако участие господарей обоих княжеств в этом походе не помешало тому, что татары, шедшие под Вену через Молдавию, ограбили ее. Не меньше беззаконий творило и войско господаря Дуки, когда шло под Вену, и, как пишет Некулче, «все проклинали его, чтобы не вернулся оттуда, куда шел» [31].

Турецкая армия под Веной, как известно, была разгромлена польскими войсками Яна Собесского, в этом проявилась слабость Турции [32].

Поражение Турции имело большое значение и для Молдавии, в Молдавию вернулся С. Петричейку вместе с войсками, собранными им в Польше. Войдя в страну, он обратился с воззванием, в котором излагал цели своего похода: «…разобьем неверных, восстановим страну нашу…». По всей стране началось истребление турок и татар, которые удерживались только в крепостях.

Господарь и бояре вновь делают попытку получить помощь из России путем перехода в русское подданство. На специальном собрании высших светских и духовных феодалов княжества было избрано посольство к русскому царю, в состав которого входили митрополит Досифей, боярин Лупул и другие представители знати. Посольство (февраль-март 1684 г.) везло грамоту, подписанную многими боярами, которые просили защиты от турок, немцев [33] и поляков: «…от иные бо страны ни откуда надежды о избавлении, только на святое вы царство… все государство наше великие и малые нижайшие рабы царствия вашего все в подданстве предаемся» [34]. Это обращение о подданстве в Москве встретили настороженно. Принять его — значит начать войну с Турцией и еще больше особстрить отношения с Польшей, а к этому здесь не были готовы. К тому же в Москве не особенно доверяли и самому господарю Стефану Петричейку. На специальный запрос о господаре украинский гетман Самойлович сообщал, что тот 10 лет жил в Польше и при ее содействии теперь стал господарем и что поэтому «посольство к великим государям нашим в подданство — хитростью то имеет быти…» [35].

Учитывая такое сложное и неясное положение, в Москве уклонились от переговоров. Посольство под предлогом «морового поветрия» [36] дальше Киева не пустили. Досифея и других послов, провожая назад, щедро наградили. Для продолжения переговоров обещано было прислать специальных людей.

И на этот раз в борьбе с турко-татарами союзниками Молдавии выступили украинские казаки. Одновременно с С. Петричейку и по согласованию с ним в страну вступил отряд казаков во главе с известным их руководителем Кучицким, сотрудничавшим с польским королем. Население поддержало отряды казаков: «Как Куницкий, гетман казаков, перешел Днестр у Сорок и вошел в страну, поднялись сорочане, оргеевцы, лапушняне…» [37]. Потом к нему присоединились кодряне и отряды молдаван из других районов. Турецкий летописец Рашид Эфенди, враждебный казакам, в описании этого похода подчеркивает, что «…жители прибрежных сел перешли на их сторону… вскоре та разбойничья шайка возросла до 30 000 человек…» [38]. Украинский гетман Самойлович сообщал в Москву, что «…вельми мало людей с ним Петричейкою в Яссы пришли, только надеялся он на Куницкого и на его собранных людей» [39].

Отряды Куницкого были главной ударной силой Стефана Петричейку. Став во главе вооруженных групп казаков и молдаван, Куницкий разгромил отряды татар в Буджаке и подверг разорению их поселения, а также штурмовал, но неудачно, стены крепостей Бендеры и Аккерман.

Сохранение в крепостях турецких гарнизонов делало положение Молдавии очень неустойчивым; не заняв крепостей, нельзя было успешно вести борьбу с Турцией. К тому же подошедшие главные силы татар, отступавших из-под Вены, оттеснили молдавско-казацкое войско, и казаки отступили за Днестр [40]. Молдавия подверглась со стороны татар жестокому разорению. Татары сожгли до основания много сел и городов, в том числе и город Кишинев. Наступившие резкие морозы усилили бедствия народа, многие погибли от холода и голода. Дело доходило до людоедства. Бедствия населения завершила эпидемия чумы. Умерших было так много, что некому было их хоронить.

Господарь С. Петричейку должен был вновь покинуть Молдавию. Вместе с ним в Польшу ушло много молдаван, в том числе вновь покинул родину, и теперь уже навсегда, митрополит Досифей.

Поражение армии султана под Веной в 1683 г. вновь возродило надежды на уничтожение турецкого гнета на Балканах. В 1684 г. была создана антитурецкая «Священная лига», выступившая под лозунгом освобождения христианских народов из-под ига «неверных», в действительности же она преследовала цель раздела турецких владений. В эту «Лигу» вошли Польша, Австрия, Венеция. Позже самостоятельно, то есть независимо от «Лиги», начала войну с Турцией и Россия.

Военные действия велись в разных местах. Одним из театров военных действий была территория Молдавии.

Польская армия, так удачно в 1683 г. разгромившая турок под Веной, во время последующих многочисленных походов (1684—1694 гг:) действовала в Молдавии без успехов. Молдавские господари Константин Кантемир (1685—1693) и Константин Дука (1693—1695) были постоянными союзниками Турции. Но симпатии населения и во время этой войны были на стороне ее противников. Когда польская армия во главе с Яном Собесским вступила в Яссы, то ее торжественно встречал народ и духовенство. Король принес присягу «блюсти Молдавию и охранять ее от внешних врагов» [41]. Однако через несколько дней турецко-татарские войска вновь заняли Яссы.

Вместе с польской армией в пределы Молдавии вступили и отряды казаков, целью которых было разорять турецкие и татарские поселения в Молдавии, которые являлись опорными базами турецких гарнизонов. Вот отчет об одном из бесчисленных вторжений казаков: «Полковник Палий вторгся между Тигиной и Белгородом и все ханские села огнем и мечом опустошил и получил большую добычу, особенно много табунов лошадей» [42]. Турки и их союзники татары ненавидели казаков, попавших к ним в плен подвергали изощренным пыткам. Один из участников похода 1686 г. рассказывай, как однажды на берегах Прута он видел большое количество еще живых казаков, у которых были отрезаны руки и ноги [43].

Другой раз, когда в плен попала большая группа из 200 поляков и казаков, всех их по приказу господаря посадили на кол или повесили [44].

Бедствия народа породили образование множества военных отрядов, которые вели борьбу с насилиями как иноземных поработителей, так и бояр. Господари и бояре вели с ними жестокую борьбу, называя их «тылхарями» (разбойниками). Захваченных в плен после жестоких пыток казнили. Например, о таких расправах старосты Путнянского уезда (им был летописец М. Костин) пишут молдавские летописцы И. Некулче и Н. Костин [45]. В отдельных случаях отряды так называемых «тылхарей», которые состояли из солдат-дезертиров и деклассированных элементов, господари брали себе на службу в качестве наемников. Их использовали в борьбе с крестьянскими отрядами. Об одном из таких отрядов рассказывает И. Некулче [46].

В ходе войны «Священной лиги» Турция была вытеснена из венгерских и ряда других областей. Но вновь выявилось, что европейские феодалы, партнеры по «Лиге», под шум разговоров об избавлении христиан из-под неверных стремились осуществить свои корыстные частные цели. И польские и австрийские феодалы строили планы на захват молдавских и валашских земель.

В 1686 г. Россия, заключив «Вечный мир» с Польшей, вместе с антитурецкой «Лигой» начала войну против Турции. Наиболее крупным актом России в этой войне были походы армии под руководством князя Голицына в 1687 и 1689 гг. на крымских татар и Азовские походы Петра I. В это время вновь оживляются связи Москвы с Дунайскими княжествами.

Активно искал помощи России господаре Валахии Константин Брынковяну (1688—1714). Кроме турецкого гнета, Валахии и Молдавии угрожали тогда Австрия и Польша. В одной из грамот, посланных к Петру I со специальным послом Георгием Кастриотом, валашский господарь К. Брынковяну писал: «…не перестаем молить и просить Вашего самодержавного величества дабы учинилась какая польза и помоч от вас бедным христианам, которые все вкупе с великою надеждою ожидают день и нощь… дабы избавил их от лютого сего врага веры» [47].

Валашский посол привез в Москву проект условий (из 10 статей), по которым Валахия намерена была войти в состав России. Он доказывал, что эти земли не будут России «убыточны», рассказывал о бедствиях народа, тяжести турецких налогов «…и какое утеснение делают те, что собирают дани… мучат тяжкими железами на ногах и на шее» [48]. «О, царю Петре, аще бы если знал, как бояться ныне турки от тебя. И не помышли, что турки есть такие, как некогда о них слух был» [49].

Положение Украины в составе России продолжало быть желанным образцом. Поэтому посол Г. Кастриот выражал пожелание, чтобы в случае присоединения к России Валахия и Молдавия «…были cодержаны при таких вольностях и правах, при коих обретаются войско запорожское и малороссийский народ…» [50].

Валашский господарь писал о происках австрийских дипломатов: «…немцы нудят их разными словесами и причинами, которые предлагают им, чтобы они подались и покорились под власть цезаря (австрийского императора.— Н.М.)» [51]. Посол передавал в связи с этим просьбу валашского господаря: «…молим, спасти нас от папистов и иезуитов, которые беснуются на православных больше, чем на турков. Коли нибудь мирская война будет кончаться, а война иезуитская никогда не будет кончаться» [52]. Посол заверял русское правительство, что в случае прихода русских на Дунай «…мы будем наперед идти перед войсками вашими и не яко люди, а как львы» [53]. Валашский посол Георгий Кастриот прожил в России, исключая кратковременные поездки на родину, почти три года. Именно через него Петр I для продолжающейся войны с Турцией нанимал в Валахии корабельщиков, «…которые были бы правители и вожди (капитаны судов.—Н. М.) Черного Моря» [54]. ‘

В связи с намечающимися мирными переговорами К. Брынковяну сообщал, что в случае, если станет вопрос о перераспределении территории, Валахия «…деякими способы дабы, изволил рассудить самодержавное величество, принять их под кров и власть свою…» [55], то есть чтобы Валахия избавлена была от турецкого гнета и перешла под власть России.

Связи с Валахией продолжались и после подписания мира между Россией и Турцией. По случаю разгрома шведов под Полтавой К. Брынковяну прислал восторженное поздравление Петру I. В лице России он искал защиты от агрессии Турции и особенно Австрии.

В эти же годы велись переговоры о военном союзе с господарем Молдавии Антиохом Кантемиром (1695—1700 и 1705—1707), но они проходили замедленно, господарь оставался верным Турции. Оживлялись переговоры только в связи с намечающимся походом русской армии на Дунай. Во время русско-турецкой войны в 1698 г. молдавский господарь тайно послал в Москву своего посла капитана Савву Константинова. Этот посол передал, что «…владетель волосский по примеру владетеля мунтенского (то есть на условиях, сообщенных Г. Кастрйотом. — Н. М.) желает быть со всем народом земли волосской под обороной его царского величества… чтобы от наступления польского и от тяжкого их ига защищены и соблюдены были» [56]. Но в Москве хорошо знали о преданности А. Кантемира турецкой Порте и в этом заподозрили хитрость. Было испрошено мнение посла из Валахии Георгия Кастриота, который как раз был в Москве и в преданности которого там не сомневались. Тот также допускал возможность разведки [57].

В Москве охотно выслушали обширную информацию о положении турецкой армии и о ходе турецко-польской войны на территории Молдавии, которую привез Савва Константинов, но от дальнейших переговоров воздержались. Вскоре посол с богатыми дарами уехал обратно [58]. Это обращение хорошо характеризует трудное положение молдавского господаря: он целиком зависит от власти турецкой Порты, кроме того, опасается агрессии польских и австрийских феодалов. Переговоры с Россией ведутся в глубокой тайне, с условием придать им действенное значение только при соответствующем изменении международной обстановки.

О тяжелом положении Молдавии и о царившем там настроении говорил молдавский ротмистр Туркулец, воевавший позднее со своим отрядом против Турции в союзе с Россией. В 1698 г. он несколько дней вместе с русским посланником, возвращавшимся из Валахии, укрывался от набега татар. Во время этого вынужденного сидения Туркулец говорил: «В какое несчастье пал народ волоский… братец, что нам делать… Мы храбрые пребываем, и остерегаем и бережем земно и силу имеем, а голову (в смысле главу самостоятельного государства. — Н. М.) не имеем… не ведаем, что учинить» [59].

В этом же направлении продолжали действовать отдельные наиболее дальновидные деятели Молдавии и Валахии. Следует отметить братьев Давида и Федора Корбя. Они как видные валашские бояре проявили себя сторонниками России, а Федор позже переселился в Россию, где выступал как переводчик книг на молдавский язык. По поводу предложения польского короля княжествам присоединиться к Польше, где они будут иметь большую свободу, Ф. Корбя писал: «Гласящие уста щедры на обещания. Если бы они не были обещаниями, сказали бы мы — теперь настанет золотой век» [60].

В налаживании связей между княжествами и Москвой и во многих переговорах активное участие принимал Николай Милеску. К нему писали молдавский и валашский господари и бояре, а он по поручению царя отвечал им и вел переговоры [61].

Турки жестоко наказывали за связи с Русским государством. Так, гооподарь Михаил Раковица (1703—1706 и 1707—1708) за переговоры с Россией и содействие ее планам был низложен с престола и заключен в Семибашенный замок (тюрьма в Константинополе).

После многолетней войны на международном конгрессе в Карловичах в 1699 г. был заключен мир. На конгрессе шла речь о княжествах Молдавии и Валахии. Австрия добивалась передачи ей Валахии, а Польша — Молдавии. Но этот раздел не был осуществлен, так как победители не смогли окончательно договориться. По условиям договора 1699 г. Молдавия была оставлена по-прежнему под властью Турции.

Но ряд пунктов договора улучшил положение Молдавии. По Карловицкому договору турецкие гарнизоны эвакуировались из Подолии и из крепости Каменец, это значило, что Молдавия перестала быть путем, по которому столько лет турецкие войска шли от Дуная через всю страну к Каменцу. В свою очередь польские войска освобождали некоторые молдавские крепости (Нямц, Сучаву и др.), которые они захватили во время войны и удерживали много лет. Татары должны были оставить земли южнее Кишинева, которые они захватили после 1683 г.

Русские послы в Карловицах не получили поддержку от своих союзников и подписали с Турцией только перемирие, но и это совсем не входило в планы союзников, Как доносил русский посол П. Возницын из Карловиц, после подписания перемирия «…английский посол злояростным устремлением молчав и чернев и краснев и многий испустил свой яд» [62].

Валашский господарь был хорошо информирован об агрессивных планах разных государств в отношении дунайских княжеств и Балкан. Перед началом Карловицких переговоров он сообщал в Москву о причинах, которые толкали Австрию и другие страны к миру с Турцией: «…подлинная вина (в смысле причина – Н.М.) бысть всяческая зависть и страх сего великого православного монарха (Петра I.— Н.М.)дабы не распространял пределы свои и не усугубил бы войско свое множеством православных.., которые под властью турецкого (султана.— Н.М.) обретаются» [63].

В целом Карловицкий конгресс означил значительный удар по Турции, от нее был отторгнут ряд областей, в том числе Трансильвания, которая попала в зависимость от Австрии.

Мирный договор России и Турции был заключен в 1700 г. Россия получила Азов. В ходе русско-турецкой войны связи России с Молдавией, а особенно с Валахией, сделались более тесными и регулярными. Война не принесла избавления Молдавии от иноземного ига, но она еще больше убедила народ, что только таким путем страна может получить свободу и независимость.

Во время этих войн на жителей Молдавии обрушились бесконечные бедствия. Страна долго не могла оправиться от огромного нанесенного ей ущерба. Проезжавший в первые годы XVIII в. через Молдавию русский священник Лукьянов был поражен бедностью страны. От Сорок до Ясс, пишет он, «…пустош, ничего нет, ни сел, ни лесу, все степь голая, ехали пять дней, не наехали на прутинку, чем лошадь погнать», и дальше: «В Яссах прежде сего строение было узоричное; много палат каменных пустых; а улицы все были камнем мощены, а ныне все развалилось, только знак есть как были сланы камнем. А дворы в Яссах не огорожены, разве у богатых и то плетнем» [64].

Таким образом, попытки Молдавии в XVII в. избавиться от турецкого ига путем присоединения к России не увенчались успехом, для этого еще не было благоприятной международной обстановки. Но, встав на этот путь, Молдавия будет многократно повторять эти попытки и в последующие годы.

Вместе с тем нужно иметь в виду, что переговоры о подданстве вели молдавское и русское правительства, они их начинали и прерывали, исходя из интересов своих феодальных государств. Но в положительном разрешении вопроса были заинтересованы широкие массы народа, оно соответствовало коренным интересам Молдавии.

Примечания:

[1]. См. Ю. Арсеньев. Молдавский господарь С. Георгий и его сношения с Москвой. «Русский архив», М., 1896, № 2.

[2]. См. I. Dragomir. Contribuţii privitoare la relaţiile bisericii româneşti cu Rusia în veacul XVII. «An. Ac. Rom.», ser. II, v. XXXIV, p 33

[3]. См. Т. I o n e s с u-N işcov şi A. Constantinescu. 300 de ani de la încheierea primului tractat de alianţă dintre Moldova şi Rusia. «Studii, revista de istorie», 1956, nr. 5, pp. 107—117.

[4]. См. E. Б. Ш у л ь м а н. Русско-молдавские дипломатические сношения в 1654—1656 годах. «Ученые записки Бельцкого гос. пед. ин-та», т. III, 1957, стр. 25—55.

[5]. С. Б е л о к у р о в. Арсений Суханов, т. II, М., 1894, стр. 226.

[6]. Российский государственный архив древних актов (РГАДА), ф. 68, 1654, № 2, л. 9; E. Б. Ш у л ь м а н. Указ. соч., стр. 32.

[7]. РГАДА, ф. 124, № 28, л. 22; см. также Акты Южной и Западной России (АЮЗР), т. XIV, стр. 35.

[8]. РГАДА, ф. 68, 1654, № 1.

[9]. Т а м же, ф. 124, 1654, № 21, л. 9.

[10]. РГАДА, ф. 124, 1654, № 28, л. 31

[11]. Т а м же, л. 23—24.

[12]. ПСЗРИ, т. I. СПб., 1830, стр. 385.

[13]. См. К. Ш а й н о х а. Доамна Роксандра. «Русская мысль», 1881, кн. VI, стр. 338

[14]. I. Neculce. Letopiseţul Ţării Moldovei. Bucureşti, 1955, pp. 165—166.

[15]. См. С. С i h о d а r u. Steţia un impozit nou introdus în Moldova de Movileşti la începutul sec. XVII. «Studii şi cercetări ştiinţifice», 1956, nr. 2, p. 170.

[16]. См. Летопись Самовидца…, стр. 118: «…господарь волоский и мунтянский з своими войсками, у которых силы невеликие были, отступили от Турчина..». См. также I. N е с u l с е. Op. cit., р. 135.

[17]. Летопись Самовидца .., стр. 118—119.

[18]. К. Шербан — господарь Валахии (1654—1658). В 1674 г. он добивался возврата престола. В литературе иногда ошибочно указывают, что в Москву вместе с Петричейку обращался и валашский господарь Г. Гика. Обращение К. Шербана (бывшего господаря) нельзя рассматривать как обращение господаря Валахии.

[19]. РГАДА, ф. 68, 1674, № 2, л. 14 об.

[20] Т а м ж е, л. 31.

[21]. Та м же, л. 46.

[22]. Т а м же, л. 14.

[23]. Т а м ж е, ф. 68, 1674-1675, кн. 2, л. 33—34

[24]. РГАДА, ф. 68, 1674—1675, кн. 2, л. 53.

[25]. Т а м же, л. 13.

[26]. I. N е с u l c е. Op. cit., рр. 143—144.

[27]. Летопись Самовидца…, стр. 119.

[28]. РГАДА, ф. 68, 1674, № 2, л. 5—9.

[29]. См. АЮЗР, т. XIII, СПб., 1884, стр. 711.

[30]. Там же, стр. 287.

[31]. I. N е с u l с е. Op. cit., р. 155.

[32]. В походе с молдавской армией находился и летописец боярин Мирон Костин. После разгрома турецкой армии он попал в плен к полякам.

[33]. Речь идет об Австрии, правители которой пытались захватить Валахию и Молдавию.

[34]. ПСЗРИ, т. II, стр. 957.

[35]. РГАДА, ф. 68, 1684, № 3, л. 5.

[36]. эпидемии

[37]. N. С о s t i n. Letopiseţul Ţării Moldovei, v. II. Ed. M. Kogâlniceanu, 1872, p. 27.

[38]. И. С e н к о в с к и й. Указ. соч., т. II, стр. 184.

[39]. РГАДА, ф. 68, 1684, № 3, л. 4.

[40]. В литературе распространено мнение о полном разгроме и уничтожении казаков армии Куницкого. Но украинские летописи дают более точную картину. Когда казаки встретились с главными татарскими силами, то «…Куницкий с немногими казаками бежал, думая, что казацкое войско не устоит против орды. Но орда ничего не могла поделать с казаками, которые отступали табором, они в целости вернулись. А Куницкого, своего старшину, убили» (Летопись Самовидца…, стр. 160).

[41]. Ю. Арсеньев. Новые данные о службе Николая Спафария в России. М., 1900, стр. 29.

[42]. Сборник летописей, относящихся к истории Южной Западной Руси. Киев, 1888, стр. 266—267.

[43]. См. A. Lepădatu. Jurnalul principalul I. Sobieski fiul regelui Ioan asupra campaniei polone în Moldova 1686. 1932, p. 23.

[44]. См. I. N e с u l с e. Op. cit., p. 176.

[45] См. I. Neculce. Op. cit., р. 177; N. Costin. Letopiseţul Ţării Moldovei, v. II. Ed. M. Kogâlniceanu. Bucureşti, 1872, pp. 36—37.

[46]. См. I. Neculce. Op. cit., p. 176.

[47]. РГАДА, ф. 68, 1698, № 1, л. 11—12.

[48]. Tам же, л. 24.

[49]. Там же, л. 27.

[50]. Там же, ф. 68, 1698, № 1, л. 113.

[51]. Там же, л. 99.

[52]. Там же, л. 101.

[53]. цит по д. Е. Семеновой. История румыно-русских связей в конце XVII — начале XVIII века. «Вестник Моск. ун-та», 1958, № 3, стр. 167. Статья содержит богатый материал по истории русско-валашских отношений этого периода.

[54]. Там ж е, стр. 168.

[55]. РГАДА, ф. 68, 1698, № 1, л. 14—15.

[56]. РГАДА, ф. 68, 1698, л. 8.

[57]. Т а м же, л. 10—11.

[58]. Т а м же, л. 48—76.

[59]. Там же, ф. 68, 1698, № 1, л. 256

[60]. Romano-slavica, V. II, Вucurești, 1958, р. 242.

[61]. См. РГАДА, ф. 68, 1698, № 1, л. 37—47.

[62]. И. И. Голиков. Деяния Петра Великого, мудрого преобразователя России…, т. I. М., тип. Степанова, 1837—1843, стр. 592.

[63]. Летопись Самовидца…, стр. 162.

[64]. Путешествие в святую землю священника Лукьянова. «Русский архив», 1866, стр. 162—163.

Николай Андреевич Мохов, „ОЧЕРКИ ИСТОРИИ МОЛДАВСКО-РУССКО-УКРАИНСКИХ СВЯЗЕЙ”, Кишинев, 1961.

Anunțuri

Lasă un răspuns

Completează mai jos detaliile tale sau dă clic pe un icon pentru a te autentifica:

Logo WordPress.com

Comentezi folosind contul tău WordPress.com. Dezautentificare / Schimbă )

Poză Twitter

Comentezi folosind contul tău Twitter. Dezautentificare / Schimbă )

Fotografie Facebook

Comentezi folosind contul tău Facebook. Dezautentificare / Schimbă )

Fotografie Google+

Comentezi folosind contul tău Google+. Dezautentificare / Schimbă )

Conectare la %s